- Ну и жизнь у смертных: тяжелые латы, бесконечные опасности. Приходится регулярно сражаться, чтобы защитить себя. Наверное, постоянно испытывают чувство голода. А тут еще - комары пищат над ухом, норовя полакомиться кровью. Эрона нахмурилась, отгоняя от себя назойливое насекомое: - Иди отсюда. - Коротко бросила брюнетка, опускаясь на землю. Она с удовольствием вытянула ноги, и почувствовала, что в сидячем положении латы жмут меньше. Комаришка не успокаивался, продолжая свои попытки напасть: - Ессссссссть, есссссссть! - Попискивал он. Богиня ярости взмахнула рукой, отгоняя надоеду. - Поешь в другом месте. Лети отсюда. - Посоветовала она вредителю. Комар, услышав фразу Эроны, на секунду завис в воздухе. Реально, перестал жужжать. Если бы у него были челюсти, то нижнюю пришлось собирать бы по земле. [читать дальше]
Эта история далеких веков, забытых цивилизаций и древних народов. Мир, полный приключений и опасностей. Жестокие войны и восстания, великие правители и завоеватели, легенды и мифы, любовь и ненависть, дружба и предательство... Здесь обыкновенный смертный, со всеми своими слабостями и недостатками, способен на захватывающий дух героизм, на благородство и самопожертвование, которые неведомы ни богам, ни другим живым существам. Это история беспримерного мужества, почти самоубийственной отваги, это история, где нет пределов достижимого...
annukxenarumina

Древний мир героев и богов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Древний мир героев и богов » Мгновения грядущего » Проклятие древних амазонок


Проклятие древних амазонок

Сообщений 21 страница 26 из 26

1

http://funkyimg.com/i/2ynM4.jpg
Действующие лица: Конан и Орхана
Место действия: Аттика, г. Пирей, Эгейское море
События:

Пиратский фрегат «Вездесущая смерть» и в былые времена одним своим названием сеял страх и ужас в Эгейском море. А в последнее время люди и вовсе стали бояться не только произносить, но даже вспоминать о нем, ибо, не приведи небеса, этот корабль причалит именно к их берегам. Дело в том, что капитан данного судна и его кровожадная команда стали бесчинствовать не только в воде, но и на суше, после их прихода от портов и близлежащих деревень едва ли что-то оставалось. Как будто они что-то искали, и никто не понимал что именно, не знал причин такой жестокости. Почти никто. Одноглазый Диокл, капитан «Вездесущей смерти» был хорошим другом Конана, если не сказать названным братом. И вот однажды за бутылкой рома он рассказал киммерийцу о том, что с ним приключилось.
Десять лет назад на одном из островов Диокл и его команда обнаружили древнее поселение амазонок. Женщин одолели внезапностью и быстро взяли в плен. Большую часть изнасиловали и убили, а самых красивых продали в рабство. Но было на том острове еще кое-что ценное. Золото, много золота. Королева того племени остерегала алчных пиратов: нельзя брать древнее золото, иначе страшное проклятие первых амазонок ляжет на воров, но Диокл и его команда не послушали. Они быстро прогуляли накраденное, веселились и кутили, как в последний день жизни. И когда последняя золотая побрякушка была продана, пираты заметили, что изменились. Они стали стареть. Один день проходил как год, полученные раны не заживали и не затягивались, продолжая кровоточить и гноиться изо дня в день, причиняя постоянную нескончаемую боль. Поняв в чем причина, пираты начали искать проданное золото амазонок. Они разоряли и уничтожали целые поселения в бесконечных поисках, и тогда поняли, в чем заключалась самая страшная часть проклятия. Одноглазый Диокл и его команда стали рабами женщин. Чтобы те ни говорили, о чем бы ни умоляли, они беспрекословно выполняли их желания. Тела не слушались их, воля подавлялась, но при этом они не умирали. Ни от гниющих ран, ни от пожелания женщины выпрыгнуть в окно, пираты оставались живы. Их жизни превратились в настоящий ад, и единственный способ снять проклятие амазонок заключалось в том, чтобы найти золото и вернуть его в сокровищницу острова, пролив кровь истинной амазонки.
Многие годы Диокл и его команда искали то, что по глупости украли. Узнав историю друга, Конан так же помогал им, находя в разных уголках света золото амазонок и возвращая пиратам. За десять лет было найдено практически все. Сокровищница вновь наполнилась и засияла золотом, но не хватало лишь одного украшения. Его пираты хорошо запомнили. Королева называла его «глаз пантеры» и носила на безымянном пальце, доставшееся ей от предков, как хранительнице. Массивное золотое кольцо с большим зеленым камнем и черной прожилкой в середине, напоминающей зрачок. Кольцо выглядело как, кошачий глаз в оправе и именно его пираты никак не могли отыскать. И вот однажды в порту города Пирей Конан увидел его на девушке, что искала судно, на котором хотела переплыть Эгейское море. Ее звали Орхана, и она являлась амазонкой. Вот так удача… Неужели проклятие древних амазонок наконец-то будет снято?

+3

21

Орхана оказалась права. Конан намеренно над ней издевался. Казалось, ему доставляет удовольствие наблюдать за мучениями пленницы. Любой другой нормальный человек на его месте испытал бы отвращение от подобной картины, а он, садист чертов, не только смотрел, но и самодовольно улыбался. Амазонка плохо разбилась в мужском поведении и образе их мышления, но сейчас ей казалось, что своими действиями корсар пытался самоутвердиться перед ней. Было очевидно, что он привык всё контролировать и не терпел своенравия. Команда корабля подчинялась ему беспрекословно, трусы дрожали от одного только взгляда, а женщины сами прыгали в кровать и были только рады оказаться под защитой такого мужчины. Именно поэтому Конан не просил, а требовал кольцо. Он привык всё получать на блюдечке с золотой каемочкой, но Орхана его разочаровала. Она была другой и потакать его желаниям не собиралась. Она не выказывала перед ним страха, не пыталась запрыгнуть в постель и отказалась помогать его друзьям, а всё потому, что он изначально повел себя не правильно. Теперь же гигант мстил, заставляя ее мучиться от морской болезни, хотя прекрасно знал способ избавиться от этого недуга. Просто он уже настолько опьянен чувством власти, что забыл, что люди становятся гораздо сговорчивее, если к ним хорошо относиться, а не заковывать сначала в цепи, а потом шантажировать, не говоря уже о рукоприкладстве и обмане. Орхана очень удивилась, когда Конан вдруг резко поменял тактику. Вместо ответа на поставленный вопрос он неожиданно взял ее за руку, отчего кожу обожгло от прикосновения его пальцев, повернул ладонью вверх и дотронулся до точки на запястье. При сильном нажатии, амазонка вдруг почувствовала, как ей становится легче и в изумлении посмотрела на пирата, словно не могла поверить в чудо. Нет, она и раньше слышала про чудодейственные свойства акупунктуры, однако никогда прежде не испытывала их на себе. Оказывается это полезная штука! Хорошо бы освоить ее в будущем.
- Спасибо, - тихо проговорила девушка, потирая руку. Она благодарила вполне искренне, хоть и не понимала, с чего вдруг Конан сменил гнев на милость. Да и избавить от тошноты он при желании мог раньше, но все же дождался момента, пока ее вывернет наизнанку. Как будто специально хотел, чтобы она прочувствовала все «радости» морской болезни и поняла, кто тут главный. Только ему, капитану корабля, решать, когда она будет чувствовать себя хорошо, а когда – плохо. Он – здесь царь и бог, а она обязана ему подчиняться. Как бы ни так! Амазонки терпеть не могли таких мужчин. Собственно говоря, благодаря таким, как Конан, женщины и сбежали в леса, справедливо считая, что не заслужили такого унизительного обращения. Они жены и матери их детей, а отношение к ним, как к рабыням. Что ж, теперь женщины - не нежные цветочки, которых можно легко обидеть, теперь это сильные противники, способные дать отпор любому мужчине. И Орхана была одной из них. Она не подчиняется, не приклоняет колено и не омывает ноги мужчинам. Она никогда не признает Конана лидером, даже на его собственном корабле.
Он выпрямился и заявил, что не станет разворачивать судно. Прежде чем вернуться в порт Пирея, ему нужно решить кое-какие дела, так что ей придется плыть вместе с ним и другими пиратами. Стоит ли говорить, что эта новость не сильно обрадовала амазонку? Конан предоставил ей несколько вариантов дальнейших действий: она могла остаться на палубе, могла спуститься в его каюту, а могла напасть на его людей. Признаться, последний вариант был очень соблазнительным, но не в ее нынешнем положении. Она была слишком слаба после морской болезни, к тому же, этот чертов корсар прав – их много, а она одна. Да и что Орхана будет делать с судном, полным трупов, если не умеет даже управлять им? Не говоря уже о том, что она совершенно не ориентируется в море. Что же касается угроз Конана, то ей было глубоко плевать, что он там прощает, а что нет.
Мужчина удалился, но прежде дал повторное слово, что никто на этом корабле ее не тронет. Вот и прекрасно, потому что амазонка планировала отрубить руку любому, кто посмеет к ней прикоснуться хотя бы пальцем. Она не проронила ни слова в ответ, только проводила корсара хмурым взглядом, а потом отвернулась.
Какое-то время девушка провела на карме. Дышала свежим воздухом, смотрела в темную даль и слушала песню моря. Оказывается, правду говорят – водной стихией можно любоваться вечно, была в ней какая-то таинственность, которая успокаивала. Тошнота полностью прошла, как и плохое самочувствие, однако усталость клонила в сон. Зевнув, Орхана решила вернуться в каюту и отдохнуть. Если она планирует и дальше воевать с Конаном, то ей нужно набраться сил. Воительница пошла обратно по тому же пути, но прежде, чем начать спускаться по лестнице вниз, она посмотрела туда, где располагался нос корабля и судовой руль. Там, подняв руки, капитан что-то измерял по небосводу и звездам. Почувствовав, что на него кто-то пристально смотрит, гигант обернулся. Их взгляды встретились. Схлестнулись, как два меча в жаркой битве. Конан первым разорвал зрительный контакт, вернувшись к управлению корабля, а Орхана чему-то хмыкнула с улыбкой и стала спускаться в кубрик. Пройдя по коридору, она отыскала знакомую каюту и вошла внутрь, прикрыв за собой дверь. Она подошла к столу, который все еще был накрыт, и налила себе воды из кувшина. Вдоволь напившись, амазонка принялась раздеваться. Сняла с себя сапоги, корсет и ремни, оставшись в свободных штанах и рубахе. Без оружия она чувствовала себя уязвимой, но не спать же с ним в обнимку. Пришлось оставить меч и арбалет возле стула, на котором она сложила свои вещи. Воительница легла в постель, накрывшись одеялом. Она понимала, что Конан вернется и ему тоже нужно будет где-то спать, поэтому отодвинулась к самой стенке и повернулась к ней лицом. Конечно, она могла бы расположиться и на ковре. Путешествуя по Греции, ей часто приходилось спать на голой земле, так что большого дискомфорта это бы ей не доставило, однако когда есть возможность выспаться в нормальной постели, глупо упускать шанс, даже если заветную кровать придется делить с неприятным тебе человеком.
Вскоре Орхана уснула, да так крепко, что не услышала, как вернулся Конан и лег с ней рядом. Она обнаружила его на другой половине постели только под утро. Он был таким уязвимым во сне. Проснувшись, амазонка какое-то время смотрела на его лицо и думала о том, что сейчас самый подходящий момент для того, чтобы убить пирата. К тому же, он не спрятал ее оружие, хотя мог обезопасить себя. Она поднялась с постели, бесшумно оделась и взяла оружие. Но вместо того, чтобы занести меч над его шеей, девушка убрала его в ножны и тихо вышла из каюты. Поднявшись наверх, она вышла на палубу и обнаружила, что подоспела к рассвету. Солнце только-только выплывало из-за горизонта. Небо окрасилось в яркие цвета, плавно переходившие от темно-оранжевого в золотые, по волнам прямо к кораблю тянулась ослепительная солнечная дорожка, а огненный диск терялся в лучистом сиянии. Начинался новый день. Матросы постепенно просыпались, лениво выходили на палубу и сладко потягивались, после чего приступали к работе. Когда Орхане надоело наблюдать за солнцем, она переключила свое внимание на команду и внезапно пришла к ошеломляющему выводу - жизнь пиратов была очень похожа на жизнь амазонок. Они все держались подальше от городов и других людей, предпочитая уединение – одни для этого ушли в море, другие скрывались в лесах. Девы-воительницы принимали в свои ряды только женщин, в морских разбойниках ходили только мужчины. Пираты подчиняются капитану, амазонки – своей королеве. Пираты грабят торговые суда и бороздят моря, амазонки совершают налеты на деревни, похищают маленьких девочек и охраняют свой лес. Каждый из них знал и делал свою работу, а вместе они действовали как один действенный механизм. Поразительно, как они были похожи! Амазонок всегда считали дикарками, а пиратов – бандитами без чести и совести, однако Орхана никогда не считала себя дикаркой, так почему же она с самого начала стала предвзято относиться к морским разбойникам? Размышления прервал Питт, заметивший ее на палубе.
- Доброе утро, мисс! – Поздоровался он, как только подошел ближе. – Вижу вы с капитаном пришли к соглашению.
- Нет, - коротко сказала ему девушка, устремив взгляд к горизонту. Ее ответ стер довольную улыбку с его лица.
- Конан разрешил вам выйти на палубу?
- Я не рабыня, чтобы спрашивать у кого-то разрешения. – Раздраженно бросила она и дерзко вздернула подбородок.
- Мой друг…? – Питт не осмелился произнести вслух, то, о чем подумал, однако воительница поняла, что беспокоит его.
- Жив. Я не убила его. – Сказала она равнодушно. – Хотя могла бы.
- И почему же не убила?
- В этом нет смысла. – Пожала она плечами и, наконец, посмотрела на чернокожего пирата. – Во всяком случае, пока мы в море. – Ее губы искривила улыбка.
- Вот как? – Усмехнулся Питт и, сложив руки на груди, прислонился спиной к перилам. – Значит, планируешь убить его, когда мы причалим к берегу? Тогда ты должна знать, что Конан не только отличный капитан, но и хороший воин. Он знает, как обращаться с мечом.
- Неужели? – Парировала Орхана. – Что ж, посмотрим, кто из нас двоих лучший воин.
- Зря ты так, - покачал головой мужчина, - он не желает тебе зла. – Этот абсурд заставил девушку рассмеяться. Как же, не желает он ей зла! За короткий срок он столько зла ей уже сделал, что и не сосчитать. – Я серьезно, - настаивал Питт, - Конан хороший человек. Он спасает людей от рабства. Этим мы и занимаемся в море. – А вот это уже поразило амазонку. Улыбка померкла, и она удивленно посмотрела на боцмана.
- Вы освобождаете рабов? – Переспросила она.
- Да, - подтвердил чернокожий, - мы нападаем только на те суда, которые перевозят живой товар.
- И не грабите? – Недоверчиво продолжила допрос Орхана.
- Грабим, - усмехнулся Питт, - никто не без греха. Освобождая людей, мы забираем с торгового судна всё ценное. Должны же мы на что-то жить.
Девушка кивнула, но промолчала, о чем-то размышляя про себя.
- Тошнота больше не мучает? - заботливо поинтересовался боцман, поняв, что тема рабства закрыта.
- Слава Артемиде, нет! - С улыбкой облегчения ответила амазонка. - Знаешь, я хотела бы умыться, - продолжила она. – Где я могу это сделать? Или вы моетесь только в море?
- Соль разъедает кожу, так что море не самое лучше место для мытья. Пойдем, я покажу тебе, где ты можешь освежиться. – Питт отвел ее в комнату, где в центре стояла пустая бадья в окружении наполненных ведер с пресной водой. Наверное, воду перевозили в бочках, что так же имелись в комнате. Боцман дал ей махровую ткань и кусок мыла, а так же коробочку с каким-то порошком, который якобы отлично чистит зубы и полость рта. – Всё в твоем распоряжении. Пользуйся, а я пойду будить капитана. Похоже, будет шторм. Надо подготовить корабль.
- Спасибо, Питт, - тихо поблагодарила Орхана, но мужчина услышал и кивнул, улыбнувшись. После он вышел из комнаты, прикрыв дверь.

Отредактировано Orhana (2018-07-10 23:00:20)

+2

22

Интересная штука жизнь, когда она бурлит и полна мероприятий ты не замечаешь, как она проносится перед твоим носом, но стоит ей дать тебе выходной, время тут же начинает тянуться и казаться вечным. Прося о спокойствии люди часто не понимают, что сами деятели своей жизни, и лишь в их силах сделать свою жизнь полной и красочной, не ожидая от богов какого-то одобрения. Конан любил свою жизнь, свободную и полную событий, но в такие минуты, как эта он мог насладится одиночеством, и покоем. Темное звездное небо, упоительный шум волн, легкий прохладный ветер. Капитан скорректировал курс, затянул канаты, после провел некоторое время в компании терпкого эля и только когда веки глаз с трудом поднимались, киммериец направился в свою каюту. Неторопливым шагом, он спустился вниз, открыл каюту и остановился на ее пороге. Взгляд карих глаз сосредоточился на вещах, что были сложены неподалеку от его кровати.
- Грм.... - он чуть встряхнул головой, а после вновь попытался открыть глаза, чтобы убедится в том, что видит. И действительно, ему не показалось, в его каюте на его кровати, спала Орхана. Конан удивленно вскинул брови, неторопливо заходя в глубь палаты. Девушка лежала неподвижно, лишь грудная клетка свидетельствовала о том, что в ее теле есть жизнь, дыхание, едва заметное, но такое спокойное. Мужчина присел на край кровати, не сводя взгляда со спящей женщины.
- Спокойствие, само спокойствие - подумал он - Надеюсь, ты все-таки обманула мне с кольцом, и оно все еще у тебя... - тяжело выдохнул Конан, накрывая одеялом плечи Орханы - Ты помогла бы спасти много жизней - с этими словами он упал на соседнюю подушку, и отключился. 
Ночь прошла спокойно, корабль шел заданным курсом, а команда привыкшая к раннему подъему с первыми лучами солнца, выползала на палубу, принимаясь за работу. Корабль это все равно, что свой маленький, скрытый от посторонних глаз мир, недоступный для обычного люда. Здесь каждый знал свое дело. Пока, Конан спал, его матросы успели закрепить мачты и паруса, бочки, что стояли на палубе, готовят в шторму. Чистое ночное небо, заполоняли тучи, мешая утреннему солнцу согревать одинокий корвет, но это лишь раззадоривало моряков, плавание не плавание если корабль не сразился с самим Посейдоном.
Крепкий сон капитана, подошел к концу. Не без труда ему удалось открыть глаза, и заставить себя проснутся. Глубокий зевок, невольные потягушки и вот его взгляд падает на место, где спала Орхана. Ладонь медленно прошлась по остывшей простыни, давая капитану понять, что гостья уже давно проснулась, и....ушла. Мужчина неторопливо поднялся с кровати, его путь лежал на палубу, но через  умывальню, холодная вода лучшее средство для бодрости. Капитан уверенно открыл дверь, заходя во внутрь. Рука по инерции схватила плавающий в бочке с водой ковш, зачерпнув нужное количество. Не сразу Конан обратил внимание на шум воды, поскольку для него это было привычным, но стоило ему обернуться, чтобы посмотреть, кто из его матросов прохлаждает в душе, вместо работы, как вся вода из ковша вылилась обратно в бочку. Его взгляд уперся в обнаженное женское тело Орханы. Киммериец замер, наблюдая как капли воды стремительно несутся вниз, а затем разбиваются о светлую кожа женщины. Изящные изгибы плеч и талии, бедра..... все это привлекало внимание киммерийца, но в этой красоте,его взгляд остановился на другом. Шрамы, такие которые оставить может только плеть работорговца или хозяина. Осознание того, что храбрая девушка на его корабле когда-то была рабыней разбудила его лучше холодной воды. Теперь понятно какой именно страх отразился в глазах Орханы, когда он приковал ее к кровати. Чувство вины, зажгло горло, он спасает таких, как она, а тут заставил вспомнить ужасное прошлое, поспешив уйти, киммериец задел посудину на полке, и так с грохотом упала на пол, привлекая внимание девушки.
- Прости я..... - слова так и застряли в горле,  - не знал, что ты тут ... - он поспешил отвернуться, дабы не смущать Орхану.

0

23

Когда шаги боцмана стихли за прикрытой дверью, Орхана прошла к пустой лохани. На деревянный выпирающий бортик она положила кусок душистого мыла и мешочек с порошком для чистки зубов. В угол неподалеку она поставила ножны, снятые со спины, чтобы в любой момент можно было дотянуться до рукоятки и обнажить меч. Арбалет девушка оставила в каюте капитана, посчитав его пока ненужным, ведь ей пообещали полную защиту и неприкосновенность на корабле. Однако верить на слово человеку, который уже обманывал ее, она не собиралась, поэтому всё же оставила при себе оружие для перестраховки. Амазонка обвела задумчивым взглядом помещение, в котором находилась. Оно было небольшим и не представляло собой ничего интересного. Обычная комната без окон, плохо освещаемая единственной масляной лампой под потолком. На полу толкались бочки, полные пресной воды, а возле входа стоял ушат, предназначенный для умывания. Воительница открыла мешочек, который ей дал Питт, и обнаружила в нем помимо белой пыли, напоминающую муку, деревянную палочку с пучком щетинок на конце. Она была похожа на миниатюрную метлу и какое-то время Орхана с любопытством ее рассматривала. К счастью, ей хватило ума, чтобы догадаться, как ей пользоваться. Почистив зубы, она осталась в полном восторге от необычного, но крайне полезного изобретения и решила сохранить щетку в память о своем морском путешествии и, конечно же, для дальнейшего использования. Полость рта теперь была наполнена ароматом мяты и приятно холодила. Раздевшись, амазонка осторожно залезла в лохань, стараясь сохранить равновесие при едва заметной качке корабля, зачерпнула ковшом воду и вылила себе на голову. Вода была прохладной. Девушка вздрогнула, а ее кожа тут же покрылась мурашками. Остатки сна были моментально смыты. Обдав себя еще одной порцией воды, воительница взяла в руки мыло. На краю лохани она обнаружила морскую губку, но, побрезгав, не решилась ее использовать. Вместо этого, намыливая тело и волосы, она задумалась, как моряки достали ее с глубокого и недостижимого дна.
Орхана стояла спиной к двери, так как открытая бочка была за лоханью, и так было удобнее черпать воду, но такое положение не позволяло ей наблюдать за дверью. Впрочем, она и не думала, что кто-то может войти в комнату, посчитав, что Питт об этом должен был позаботиться. К тому же она напрочь забыла о щеколде. Ни ожидая подвоха, амазонка пребывала в своих глубоких размышлениях, спокойно черпала воду из бочки и опрокидывала ковш за ковшом на себя, смывая с тела и волос мыло. Она не услышала, как кто-то вошел в комнату, и его присутствие наверняка осталось бы незамеченным, если бы тайный наблюдатель не опрокинул что-то с полки. Это что-то упало с таким грохотом, что не услышал бы только глухой. От неожиданности Орхана вздрогнула и тут же повернула голову, разворачиваясь плечами вполоборота, чтобы посмотреть, кто осмелился зайти в помещение, предназначенное для уединенного омовения. Руки тут же скрестились на груди, стараясь прикрыть наготу, которая теперь была напоказ для чужого глаза. Возле двери стоял Конан. Вот же ж, дьявол морской! Мужчина в неловкости поспешил отвернуться, бормоча под нос смущенные извинения. Амазонка недовольно цокнула языком, и устало закатила глаза, бросая ковш в полупустую бочку с водой.
- А у тебя талант появляться в нужное время в нужном месте, - с усмешкой сказала она, срывая с крючка махровую ткань, которую ей дал Питт. – Впрочем, сама виновата. Забыла закрыть дверь на щеколду. - Наклонившись, девушка сначала подсушила полотенцем волосы, после чего наскоро вытерлась и обернула им тело, закрепив на груди. Вышло что-то вроде платья без бретелек до колен.
– Ну как? Получил удовольствие от увиденного? – Спросила Орхана, когда вылезла из лохани и оказалась прямо за спиной Конана. От нее приятно пахло жасмином и мятой. Со слегка вьющихся от влаги волос сползали прозрачные капли, убегая по шее и плечам куда-то под полотенце, где пряталась пленяющая нагота. Воительница даже не представляла, какой соблазнительной она была в этот момент. Когда Конан обернулся, она поприветствовала его роковой улыбкой, и в ее глазах не было ни капли смущения или стыда. Казалось, она провоцировала корсара, желая посмотреть, что он будет делать дальше.

Отредактировано Orhana (2018-07-17 20:19:05)

+1

24

Чувства. Неловкость, удивление, поражение, легкая растерянность , все это разом испытывал капитан корвета. В этом спектре не было смущения, потому что, это чувство не входило в список изученных и привитых эмоций, подобное было лишним и не нужным. Конан был прямолинейным человеком, где-то жестоким и наглым , а наглость и смущение вместе не уживаются. Он отвернулся из чувства уважения, потому что Орхана не принадлежала к касте ночных бабочек, а была достойной представительницей своего генома.
- А у тебя талант появляться в нужное время в нужном месте, - проговорила девушка.
- Этого не отнять - проговорил в ответ варвар.
– Впрочем, сама виновата. Забыла закрыть дверь на щеколду - добавила воительница, продолжая шуршать полотенцем за спиной капитана, следующую фразу Орхана произнесла стоя за спиной киммерийца. – Ну как? Получил удовольствие от увиденного?
- .... крепкое тело - он обернулся и посмотрел в глаза девушке, которая уже успела спрятать обнаженное тело за длинным полотенцем. - Красивые изгибы, приятная картина для мужских глаз ..... - он шумно выдохнул и продолжил - мой взгляд споткнулся лишь о шрамы на твоей спине от хозяйской плети ....  надеюсь его жизнь оборвалась и Аид отплатил ему за жестокость тёплым местом в тартаре  - он чуть помелья с ноги на ногу и добавил - прости за то, что привязал ... я и подумать не мог, что всколыхну забытый кошмар

0

25

Улыбка Орханы стала шире, перерастая из роковой в самодовольную. Она знала, что у нее прекрасное тело. Не идеальное, конечно, но всё же ей было чем гордиться. Амазонки ее племени в целях безопасности всегда купались в реке группами, не стесняясь перед назваными сестрами своей наготы, так что ей было с чем сравнивать. В конце концов, строение женского тела у всех одинаковое, хотя, как это не парадоксально, у каждой оно индивидуальное. Как не бывает одинаковых лиц, так не бывает и подобных тел. Они различаются цветом кожи, россыпью родинок, длиной ног, шириной талии, размером груди и многим другим. Вы не найдете ни одной одинаковой женщины, впрочем, как и не отыщите таких мужчин, ведь даже близнецы отличаются друг от друга.
Обычно амазонкам глубоко плевать на мнение противоположного пола, но девушке было приятно услышать, что ее крепкое тело с плавными изгибами является усладой для мужских глаз. Какой бы волевой и независимой она не была, Орхана оставалась женщиной, а они, как известно, любят комплименты. Говорят даже, что если путь к сердцу мужчины лежит через желудок, то достигнуть сердца женщины можно услаждая ее слух. Вот только воительница забыла о шрамах, что уродовали ее спину похлеще любого физического недостатка. За невозможностью видеть отметины, которые рабство оставило на вечную память, она порой забыла об их наличии и о том, что их необходимо скрывать. Жаль, что Конан их заметил. Теперь он знал, какое у нее было прошлое. Впрочем, после рассказа Питта (если, конечно, он не соврал), беглая рабыня могла не беспокоится, что капитан корабля отправит ее обратно в тот кошмар. С другой стороны, это был отличный повод для нового шантажа.
- Да, это был не самый лучший период в моей жизнь. – Ответила Орхана и отвела взгляд. Она тяжело вздохнула. Ее улыбка исчезла, а из глаз ушло самодовольство, меняясь местами с печалью. – К счастью, я смогла сбежать и да, - она вновь посмотрела Конану в глаза и на этот раз ее взгляд был твердым, - тот человек принял смерть от моих рук. – И девушка безразлично пожала плечами. Ее не волновало, где сейчас душа ее рабовладельца, главное, что не на земле.
Корсар, немного помявшись, извинился за свой поступок, за то, что надел на нее цепи и, тем самым, напомнил об ужасном прошлом. В ответ амазонка лишь горько усмехнулась.
– Любому человеку, будь он хоть бывший раб, хоть бог, не очень приятно, когда его лишают свободы и заковывают в кандалы. – Она непонимающе нахмурилась, вглядываясь в лицо мужчины. – Зачем ты вообще их держишь в своей каюте? Ты извращенец? – Ее брови в изумлении взлетели вверх, а губы искривила улыбка. – Хм, а ты бы извинился, если бы не узнал, что я рабыня?
Ей действительно было любопытно, насколько Конан умеет признавать свои ошибки. Такие люди, как он, обычно душат чувство вины на корню и не желают укрощать свою гордость. Впрочем, от человека, который освобождает рабов и при этом насильно берет в плен женщину, можно ожидать чего угодно.
– Знаешь, они иногда болят. – Произнесла она тихо, поднимая на него взгляд. – Шрамы. – Уточнила воительница. – Особенно по ночам, когда я вспоминаю о прошлом или мне сняться кошмары о рабстве. – Она горько усмехнулась, покачав головой и уводя взгляд куда-то в сторону. – Я знала одну женщину. В бою она потеряла ногу и спустя годы жаловалась на боль в ноге, который уже не было. Никто ее тогда не понимал, в том числе и я. Мы не понимали, как может болеть то, чего нет. Но после рабства я осознала, что она чувствовала. Мои раны от плети зажили и превратились в рубцы, но шрамы на душе кровоточат по сей день. У нее болела не нога… у нее болела душа. Эта боль, как призрак, преследовала ее до конца дней.
Орхана тяжело вздохнула, понимая, что, видимо, ее ждет та же судьба, и пожала плечами, разворачиваясь к лохани. Она сделала несколько шагов в сторону своих вещей, после чего спокойно развязала полотенце и повесила его на крючок. Своей наготы она не стеснялась, к тому же Конан уже все видел, так что ничего нового для себя не откроет. А уж отворачиваться или смотреть, выбор за ним. Оставаясь спиной к корсару, девушка принялась одеваться. Сначала она накинула на свои плечи черную тунику.
– Скажи, а твои друзья-пираты, те, что прокляты за воровство, они тоже освобождают рабов? – Спросила она, застегивая пуговицы на груди. – Мне рассказал один из твоих людей. – Амазонка бросила на него взгляд через плечо, объясняя то, что знает, чем занимается Конан и его команда, после чего вернулась к процессу одевания, взяв в руки штаны. – Я уважаю тех, кто борется за свободу. Хотя едва ли мое уважение для тебя что-то значит... 

+1

26

 
 

Конан улыбнулся на вопрос Орханы относительно наручников.
- У женщин лёгкого поведения бывают разные предпочтения, как и человека, что платит за ласку, но мне кажется это не лучшая тема для беседы    - варвар не желал обсуждать с амазонкой данную тему, как и сама девушка, которая сменила один не простой вопрос другим.
- Извинения это пустые слова, которые может сказать любой, лишь бы не ощущать чувство вины за собой, гораздо важнее, что человек понял и какой урок извлёк из своей ошибки. Я был не прав - он посмотрел в глаза Орханы, глубокие и полные горьких воспоминаний. Киммериец не перебивал ее короткой истории, лишь шумно дышал. - Если воспоминания приносят боль, лучше поменять к ним своё отношение и попробовать думать о них, как об уроке и найти пользу, возможно боль станет не такой сильной..... Девушка тяжело вздохнула, а после вернулась к лохани, вновь обнажая своё тело, уже не стесняясь присутствия мужчины. Конан облокотился плечом о дверной косяк, не отказав себе в удовольствие понаблюдать за тем, как амазонка будет одеваться, но не долго. Подобная наглость нравилась далеко не всем женщинам. Капитан отвернулся, а после взял в руки бочку с водой, переставив ее на место опустевшей возле умывальника.
- Пираты не бывают добрыми   - усмехнулся он - люд безнравственный и коварный.... Но  - небольшая пауза и Конан повернулся к девушке - мало кто знает, слово честь им не чуждо. Был шторм.... мы попали в самый центр стихии, шансы выбраться были минимальными, очередная волна разбила корабль на части, многие тогда погибли, но тех кому удалось схватиться за тонкую нить жизни и не пойти на дно  к морскому дьяволу,  подобрал мимо проходящий пиратский фрегат. Они спасли меня и моих друзей. Нет, конечно это не делает их героями, освободителями, но мы смогли снова собрать команду и продолжить своё дело, которые считаю благим - закончил Конан, - если в моих силах им помочь избавится от проклятья я сделаю это. А с Питтом мы ещё поговорим о его длинном языке  - он чуть кивнул и положил ладонь на дверную ручку. - Знаешь я отправил голубей в порт, чтобы убедиться в подлинности твоих слов о продаже кольца, но что-то подсказывает мне, колечко до сих пор у тебя. Если тебе что-то понадобиться я буду на палубе.   - он улыбнулся, а после покинул умывальню.  Нужно было распорядится об ужине, проверить курс и проконтролировать работу команды.

0


Вы здесь » Древний мир героев и богов » Мгновения грядущего » Проклятие древних амазонок


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC