Он позволил крохотным капелькам проникнуть в его черную душу и посеять рассаду тепла и добра, превращая его извращенный разум в светлый и отчищенный от зла и ненависти. На это способна любовь? Или бог просто повстречал девушку, которая не испугалась его, девушку, которая поцеловала его, манила его и заставляла дрожать от собственного холода в страхе потерять свою маску, которую он годами старательно лепил подобно величайшему мастеру. И теперь, когда результат на лицо, в какие-то легкие мгновения эта маска даёт трещину обнажая человека, желающего любви. Или монстра, коим он родился.
© Loki


сюжет | список персонажей | внешности | поиск по фандому | акции | гостевая |

правила | F.A.Q |

Эта история далеких веков, забытых цивилизаций и древних народов. Мир, полный приключений и опасностей. Жестокие войны и восстания, великие правители и завоеватели, легенды и мифы, любовь и ненависть, дружба и предательство... Здесь обыкновенный смертный, со всеми своими слабостями и недостатками, способен на захватывающий дух героизм, на благородство и самопожертвование, которые неведомы ни богам, ни другим живым существам. Это история беспримерного мужества, почти самоубийственной отваги, это история, где нет пределов достижимого...

Древний мир героев и богов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Древний мир героев и богов » Альтернативная реальность » После всех встреч остаются раны


После всех встреч остаются раны

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

https://68.media.tumblr.com/f5086e59dfc7e476e3ded55bb4cfecfc/tumblr_nwjsnwhs8E1qc58cto2_250.gif http://68.media.tumblr.com/bb029a0eb8c51bc75fd05d66946b03d8/tumblr_mpn5vcOqP81qfhvpzo4_250.gif
Действующие лица: Андрес Найтон (Ra), Леттис Фосселер (Xena)
Место действия: Королевский замок, Хайбрэй, Хайбрэй, Хельм / 23.08.1443, день
События:

Долгожданный мир настал - вернувшись в столицу, лорд-регент Хельма и первый советник герцога Орллеи убедили знать Хайбрэя и Гасконии принять условия договора между короной и западным герцогством. Увы, дела с Моргардом не дали Андресу незамедлительно прибыть в столицу для присяги Эдуарду, но, как только ситуация с лесным королевством нормализовалась, герцог Орллеи пребывает в Хайбрэй и клянется в верности королю. Казалось бы, можно собирать чемоданы и уезжать обратно, вот только от Леонардо Андрес узнает, что при дворе августейшего племянника есть ведьмы, и даже больше - жена лорда-регента является ведьмой. Предстоит знакомство с дальней родственницей и кто знает, как всё закончится?

[NIC]Andres Knighton[/NIC]
[AVA]http://i.imgur.com/jqYfBUP.gif[/AVA]

Отыгрыш перенесен с форума HELM. AUREA TEMPORIBUS.

Отредактировано Ra (2017-07-27 22:28:55)

0

2

Хайбрэй. Чужбина, ставшая на дюжину лет домом, дом, ставший за год чужбиной. Большую часть своей сознательной жизни Андрес провёл именно в этом городе, по большей части в королевском замке, где его сейчас встречают, словно иностранного посла. Почти все, кто ведут себя, словно коренные в этом месте, в действительности должны приветствовать герцога так, как принято приветствовать постояльца после долгой отлучки. Ему вовсе не нужны были пажи, показывающие его покои - они остались прежними, не нужны были слуги, помогающие в ориентировании по коридорам замка - он их знал лучше многих. До того, как стать герцогом, Андреса вовсе не принято было встречать как-либо в замке - он приезжал в любое время и уезжал в любое время, играя роль тени, чьи перемещения никому не были интересны. В новом статусе мужчине удалось только единожды посетить этот город и тогда встреча была более, чем холодная, хотя сам герцог в этом и повинен - он не предупредил никого о намерении просить аудиенции у короля, вот его и не встречали. Приятный разговор с Генрихом и нелицеприятный с Чарльзом, после которых Андрес покинул Хайбрэй на целых два года, один из которых здесь считали его предателем и опальным выскочкой, а теперь все кланяются, словно двумя месяцами ранее не называли его клятвопреступником и не призывали лорда-регента огнём и мечом положить конец буйности своего кузена. На каждом втором лице легко читалось плохо скрываемое презрение, каждое третье слово дрожало, словно вот-вот язык, произнёсший это слово, извергнет целую тираду проклятий и обвинений. Это было терпимо и объяснимо, Найтон другого отношения к себе не ждал и не требовал. Пусть продолжают тешить собственное самолюбие и тщеславие мыслями, что войну удалось избежать их стараниями, мечами их армий или блеском их золота, это всё равно неправда. Единственный человек, кто имеет право приписывать себе подвиг, кому нужно преклонять колено и целовать руку за мир - лорд-регент. Генрих был единственным, кто понимал всю картину, кто не допустил раскол и не привёл на порог Хельма гражданскую войну, победителем в которой вышла бы разве что Гаскония, а хуже - Фйель или Моргард. Он положил на алтарь этого мира собственную жизнь, доверившись кузену и графам Орллеи, и пусть всё прошло не так гладко, как должно было пройти, цель достигнута - договор есть, он принят, подписан и пылиться в королевских архивах, как напоминание великой победы. Великой она была не столько по своей сути, но и потому что была достигнута без единого взмаха меча, эдакое торжество дипломатии. Странно слышать такие мысли от побежденного, но не признавать изящность тактики лорда-регента было сродни самообману.
Торжественно преклонив колено перед малолетним королём, Андрес довершил начатое в Авелли и теперь связал себя вассальной клятвой с Эдуардом, пусть эта клятва была шаткой и призрачной для обеих сторон. Никто не обязан верить друг другу на словах, пока эти слова не будут подтверждены делом. Регент сдержал своё слово и склонил знать к принятию столь значимой для Андреса реформы, сделавшей герцогов полноправными правителями своих земель, герцог, в свою очередь, сдержал своё и склонился перед племянником. Клятва была короткой и сдержанной, отчасти необычной - много слов "пока" и "покуда", но всё это церемониал и важна лишь суть - Орллея официально присягнула короне, Андрес присягнул Эдуарду. Теперь можно было возвращаться на родину и убеждать себя, что вкус горечи во рту на деле сладок, и так герцог и поступил бы, если бы не одно "но". Леонардо, оставшийся в гвардии Его Светлости даже после аннулирования брака с Лукрецией, был ведьмаком и мог чувствовать всех одаренных в округе. Каково же было удивление Андреса, когда Лео рассказал о нескольких ведьмах при дворе короля, а главное - о том, что таковой является и жена Генриха, Леттис Фосселер. С последней Найтон совершенно не был знаком, их бракосочетание с кузеном состоялось тогда, когда Орллея шла, казалось бы, своим путём и все связи с короной были оборваны. Окромя нескольких вежливых поклонов и кивков они более никак за эти дни не взаимодействовали. Разобравшись с делами и бумажной волокитой, Андрес решил поговорить с кузеном относительно всего этого, может быть вразумить его и потребовать объяснений, ведь дело нешуточное - короля окружают ведьмы, и всё это на фоне недавних слухов о том, что регент имел с ним какие-то дела. Неужто всё так и кузен решил на полпути не останавливаться, взяв в жены ведьму? Если Эдуард умрёт раньше срока и Генрих станет королём, королевой будет ведьма, а там и до сына-ведьмака не так далеко. Избавив Хельм от одной гражданской войны, регент хочет заложить фундамент для другой, куда более разрушительной? Трудно представить, во что превратится королевство, если Церковь и Инквизиция обернутся против короны, ведь обе стороны владеют массами, на королевскую армию церковники могут ответить толпами народу.
- Гарри, - чуть ли не с криком ворвался Найтон в кабинет кузена. Впрочем, Гарри тут не было, зато была Леттис. Сказать, что это было неожиданно - ничего не сказать, ведь они совсем не были похожи друг на друга. Прочла ли она мысли и узнала намерения вчерашнего опального герцога или это случайность? Стражники потянули двери за собой, закрывая их с обратной стороны, после чего Андрес, замерший, как истукан, склонил голову, а позже и туловище. Поклон вышел не самый удачный, но лучше уж такой, чем никакого.
- Ваше Высочество, - всё же она была принцессой, ведь и Генрих был и остаётся принцем, пусть все величают его по привычке Светлостью.
- Я ожидал увидеть лорда-регента и надеялся застать его тут, - добавил вслед Андрес, мысленно приготовившись к чему-то необычному, хотя сам толком не знал, что это "что-то".
[NIC]Andres Knighton[/NIC]
[AVA]http://i.imgur.com/jqYfBUP.gif[/AVA]

Отредактировано Ra (2017-07-27 22:27:25)

0

3

Что может быть страшнее войны? Пожалуй, в Средние века даже болезни отходили по значимости на второй план перед затяжными кровопролитными сражениями, из-за которых оскудевала казна и нация. Предотвратить вооруженные конфликты получалось редко, и те, кому это удавалось, могли называть себя счастливчиками. Но Генрих от природы отличался скромностью, собственные заслуги не ценил и, в отличие от большинства знати, с совестью договариваться не умел. Искренний, честный до последней мысли, он был особенным, ни на кого не похожим. Провидение связало его судьбу с судьбой настолько же заносчивой, насколько богатой леди Гвиннбрайр, и кто бы мог подумать, что из этого союза родится нечто большее, чем обычный династический брак! Однако и смогло, и родилось. Их Светлости жили в любви и согласии, очертив собственный мир границами, за которые допускались очень и очень немногие. Кузен Андрес Найтон в их число, разумеется, не входил. До Леттис долетали разного рода слухи о лорде Арвьершира - дескать, он и смутьян, и предатель, и враг короны, но клятва верности была принесена прилюдно, отныне бросить в лицо правителю Орллеи обвинения осмелился бы только глупец. Но терпеть кого-то не значит его любить, верно? Герцогиня, как подобает благовоспитанной леди, чье пристрастие к метанию посуды в голову неугодным не покидает стен замка, вежливо здоровалась с Андресом и шуршала юбками по коридору, всем видом требуя к ней не обращаться. Гость - или покинувший Хайбрэй хозяин? - и не обращался. Пути расходились, оба были довольны. Однако визит лорда Найтона затягивался, и прятаться становилось все сложнее. Случайные встречи превращались в закономерные, пока в один из дней окончательно не столкнули Его и Ее Светлостей лбами.
А начиналось все хорошо. Леттис неторопливо - положение давало о себе знать - плыла по направлению к кабинету мужа. Ей нужна была печать для оттиска на конверте - Генрих хранил ее в верхнем ящике стола. Легко отыскав ее, женщина уже собралась вернуться на свою половину, когда ее внимание привлекла корреспонденция, полученная не дале, как нынешним утром. Округлые буквы до боли напоминали почерк Кеннета - Леттис против воли задержалась посмотреть. Оказалось, что письмо от одного из мастеров над монетой, то есть ничего интересного, но время было утеряно. Леди Фосселер едва успела положить конверт на место, когда двери кабинета с треском распахнулись, пропуская внутрь Андреса Найтона - человека, которого она сейчас хотела видеть меньше всего.
- Гарри! - удивление Леттис зеркально отразилось на лице мужчины: на какой-то миг он замер, затем, опомнившись, поклонился - неуклюже, будто неохотно. Голубые глаза герцогини сузились, даже титул принцессы крови не растопил вмиг образовавшегося на их дне льда.
- Ваша Светлость, - внучка Флориана не собиралась отвечать гостю тем же, - в замке нет людей с именем Гарри, насколько мне известно, - или он Генриха так "по-братски" называет? Похоже на то. - Как видите, лорда-регента здесь нет, но, возможно, я смогу ответить на ваши вопросы, милорд? По крайней мере, я бы хотела узнать, что вынудило вас врываться в его рабочий кабинет, - "как к себе домой" -  с таким шумом.

[NIC]Lettice Fosseler[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2vNFC.jpg[/AVA]
[SGN]

И я дарую тебе свободу, но ты ко мне возвращаешься вспять,
Как в окна ветер, как путник к дому, как то, что мне не дано поменять.
И в этом самое главное чудо: иметь, что никто не в силах отнять.
Пусть мир не вечен, но я не забуду, а, значит, и не смогу потерять

http://funkyimg.com/i/2t1PA.gif


[/SGN]

0

4

Фосселеры - о них Андрес знал не так много, а то, что знал, чести им не делало в его глазах. Очень давняя перепалка с Лестером Фосселером, бывшим герцогом Гасконии, предрекла отношение тогдашнего наследника Орллеи к всему его семейству. Для герцога эти люди были неким подобием Данквортов - такие же высокомерные и заносчивые, только знатнее и богаче. Когда зимой ему принесли весть о том, что Генрих женился, Андрес с удивлением воскликнул "на ком", ведь годом ранее был абсолютно уверен, что кузен не намерен в ближайшее время обзаводится женой. Он предлагал будущему лорду-регенту несколько вариантов, начиная от, как иронично, Марии Уорчестер и Лукреции Грациани, заканчивая Елизаветой Романо. Первые две стали женами для самого Андреса, хотя и не в одно время, третью кузен выкрал, но, видите ли, не для женитьбы вовсе. Точнее, для женитьбы, но не для себя, а для ублюдка очередного госконца, пусть и узаконенного. Казалось бы, Андрес тоже бастард и должен лояльно относится к подобным себе, однако такого не было, только не в этом случае. Попытка поставить гасконца на место графа Элшира была изначально провальная и лишь стала очередным клином в отношениях запада и короны, лишней проблемой, которую никто не просил создавать. Неужто чарами нынешняя герцогиня Хайбрэя и принцесса Бертеалльская смогла заполучить самого желанного жениха Хельма? Нет, едва-ли чарами, скорее той самой горой золота, которую выложил за племянницу нынешний герцог Гасконии, Кеннет.
- Так было принято называть регента до того, как его августейший отец скончался, - иначе была бы путаница. Два Генриха в одной комнате, хоть и в разных статусах с разным обращением, - Вот и вошло в привычку в нашем тесном семейном кругу, - в голосе Андреса прозвучал отзвук упрёка и вполне обоснованного. Едва-ли Леттис не знала о том, что "Гарри" является диминутивом для "Генриха", из чего следует вывод, что это была попытка пристыдить дальнего родственника, мол, нельзя так называть лорда-регента. Герцогиня стала членом семьи Найтонов не так давно, чтобы поучать того, кто с рождения крутиться в ней, пусть изначально и с незаконным статусом. Не такое знакомство планировал Найтон, всё должно было быть максимально добродушно и похоже на добрососедские, если не семейные, чувства. Но как заставить себя выдать учтивую улыбку и кланяться ниже колен, когда есть все основания полагать, что перед тобой - ведьма? И не та ведьма, которой становится каждая жена к глубокой старости, когда годы забирают крепость нервов и сил больше терпеть бестию не хватает, а самая настоящая ведьма.
- Вижу, миледи, - не менее холодный взгляд Андреса и скользящие, царапающие слух слова. Если герцогиня знает обо всём, тогда к чему этот спектакль, где проклятия, хотя бы кинжал? Найтон не боялся находиться здесь и сейчас, он не боялся проклятий и порч, у него для спасения есть Леонардо. Если для защиты семьи и наследства надо будет пустить свою кровь, да будет так, лишь бы исключить шанс того, что ведьма когда-то станет королевой, или того хуже - королём будет ведьмак. Может всё это было коварным планом? Родить сына, магией убить Эдуарда и Генриха, стать попечительницей новорожденного короля и на долгие годы перенять власть в руки Фосселеров? Если всё так (а почему не должно быть так?), Андрес уже стал неудобной фигурой и его "жил долго и счастливо" не вяжется с сюжетом этой пугающей сказки.
- Возможно, - кроткий кивок, после которого Андрес сделал несколько непринужденных шагов навстречу кузине. Герцог не был акушером и не разбирался в беременности больше необходимого, но по размеру живота казалось, что дети довольно-таки скоро должны появиться на свет. До приезда в столицу Найтон заведомо положительно относился к будущим членам их внезапно разрастающейся семьи, как и к их матери, которая смогла заменить собой Тамилу. Теперь, когда они оба могут стать погибелью для всего дома, как и для своего неудачливого отца, перспектива их рождения уже не казалась такой приятной.
- Думаю, вам лучше присесть. Моя прежняя жена на вашем сроке едва могла подолгу стоять, - может быть так оно и было, Андрес на этом сроке не видел жену, она была в монастыре, пряталась от убийц, - Позвольте подать вам стул, - прошипел в очередной раз герцог, не сводя глаз с кузины. Дотянувшись рукой до стула и приподняв его немного над полом, Андрес сделал ещё дюжину мелких, осторожных шагов и поставил его перед столом, отодвигая чуть назад. Ожидая, пока Леттис займёт место, Найтон краем глаза зацепился за письмо на столе регента - герб Фосселеров. Ничего удивительного в переписке лорда-регента и герцога Гасконского нет, если бы не обстоятельства, при которых Андрес познакомился с первой представительницей этого дома. Фантазия с удивительной скоростью составляла всевозможные теории, пока Леттис не заняла своё место и эти не отвлекла герцога от размышлений. Нельзя строить теории без фактов, иначе неизбежно начинаешь подстраивать факты под свои теории - ценный урок, который Его Светлость усвоил ещё очень давно.
- К несчастью, - начал Андрес, отходя от спинки стула и медленно идя на другую сторону стола, - или к счастью, - короткий взгляд на герцогиню, преисполненный холодом, - мне стало известно, что при королевском дворе есть несколько ведьм. Собственно, я хотел обсудить этот вопрос с Его, - Светлостью, Высочеством, - с кузеном.
Но, раз его нет, думаю, мне нужно исполнить свой долг и рассказать об этом Инквизиции,
- взгляд никак не сходил с Леттис. Знает ли она, если знает знает - что сделает, если не знает - поймёт ли? Андресу ещё не приходилось иметь дел с ведьмами и он понятия не имеет, как они ведут себя перед лицом неминуемой смерти. Молят ли о прощении или пытаются убить обвинителя, надеяться на иллюзорный шанс? Будь Леттис в состоянии убить кузена, сделала бы это куда раньше, когда жизнь его мужа была в опасности или когда целостность королевства, предназначенного для её сына-ведьмака, была поставлена под угрозу опальным западным герцогом.
- Видимо, я поспешно сделал выводы, осуждая Его Величество Чарльза в неоправданной охоте в ущерб интересам государства, если ведьмы добрались даже до королевского двора, - и даже хуже, если герцогиней Хайбрэя и женой наследного принца стала ведьма. Почему Чарльз не говорил об этом в их нескончаемых спорах, разве тогда его гонения не обрели бы оправдание в глазах кузена? Может при нём никаких ведьм у двора не было и только со смертью короля они почувствовали себя достаточно храбрыми, чтобы находится подле трона?
- К своему стыду, я не знаю, кто в Хайбрэе занимает пост генерального прокурора Инквизиции. Не подскажите его имя? - и всё тот же холодный отрешенный взгляд, - Дело такой важности не останется без внимания Великого Инквизитора, но, полагаю,
нужны какие-то превентивные меры, дабы ведьмы не успели нанести какой-либо вред Его Величество, лорду-регенту,
- Андрес сделал небольшую паузу, - или, не дай боги, вам и вашим будущим детям. Безопасность короля и нашей семьи для меня важнее всего, я не могу покинуть столицу, зная, что над вашими жизнями нависла такая страшная угроза, - акценты на словах герцог расставлять умел и любил. Зачем? Затем, чтобы прощупать почву и понять, ошибся ли Леонардо впервые за всё время или всё действительно так плохо, как кажется.
[NIC]Andres Knighton[/NIC]
[AVA]http://i.imgur.com/jqYfBUP.gif[/AVA]

0

5

Еще до окончания первой фразы Леттис поняла, что так называемый кузен (на степени родства вряд ли стоило заострять внимание - ошибешься на втором поколении, не добравшись до истины) точит на нее зуб. Вернее, уже заточил. И кинжал с ним заодно или чем там в Орллее модно выводить из строя недоброжелателей. Отношение лорда Найтона к невестке было по меньшей мере странным: лично ему леди Гвиннбрайр дорогу не переходила, наемников не подсылала, даже не приказывала повару подсыпать в обед слабительного - то бишь поводов для ненависти не давала. Единственная возможная причина - недовольство Андреса помолвкой, но Леттис справедливо полагала, что кого-кого, а лорда Арвьершира  это касается в последнюю очередь. Союз Найтонов и Фосселеров устроил почти всех, и не важно, на чем он строился: на деньгах, власти или чувствах. Со свадьбы прошел без малого год, однако же советчики находились и поныне, считающие своим долгом разобъяснить что да как, а главное - почему. Будь Ее Светлость на малость дружелюбнее - конфликт удалось бы пресечь в зародыше, но, к сожалению, потомки Флориана не славились сговорчивостью и благодушием от слова совсем.
- Спасибо, я в курсе, - до женщины и впрямь доходили истории о путанице венценосного отца и сына, но плебейское имя "Гарри" если кто и упоминал в отношении Генриха, то в его бытность подростком. Обращаться столь фамильярно к первому лорду Хельма невежливо, о чем Андресу следовало бы догадаться самому. - Но и из тесного семейного круга это обращение уже вышло. Вы нечасто бываете при дворе, понимаю, откуда же вам знать... - сочувствие звучало неприкрытой насмешкой: опальный герцог любил акценты, Леттис же предпочитала многоточия. Не зря в народе поговаривали, что умеющий молчать красноречивее судьи. В молчании можно найти любую эмоцию на выбор собеседника: одобрение, порицание, презрение... угрозу. Весь вид мужчины выражал враждебность, и когда он сделал шаг, сокращая расстояние, Ее Светлость отступила, прикрывая рукой живот, - инстинктивный жест, вошедший в привычку с первых дней беременности. Голубые глаза поймали неприязненный взгляд посетителя - Андрес явно не был в восторге от перспективы увидеть племянников - и в них появился вызов. "Только попробуй", - говорили они. Но лорд Арвьершира ограничился тем, что подал Леттис стул - жест, в другое время расцененный как галантность, сейчас не предвещал ничего хорошего. Стоять действительно было тяжело, потому леди Фосселер села, кожей ощущая присутствие Найтона за спиной. Это нервировало еще больше; подождав, пока тот займет место напротив (считая, очевидно, что таким образом расставил позиции допрашиваемого и обвиняемого в предстоящей беседе) - женщина сцепила руки на животе поверх запахнутой накидки. Андрес хотел обсудить приведшие его в кабинет Генриха вопросы - что же, Леттис на правах хозяйки предоставит гостю право начать разговор.
- К несчастью... или к счастью, мне стало известно, что при королевском дворе есть несколько ведьм, - многозначительны взгляд на герцогиню и вежливое недоумение на ее лице. - Собственно, я хотел обсудить этот вопрос с Его.., - Андрес замялся, - с кузеном. Но, раз его нет, думаю, мне нужно исполнить свой долг и рассказать об этом Инквизиции.
- Ведьмы при королевском дворе, я не ослышалась? Вы кажетесь просвещенным человеком, милорд, и такие суеверия... - леди Гвиннбрайр покачала головой. - Не сомневаюсь, что Инквизиция заинтересуется вашими наблюдениями, если вы предоставите ряд неопровержимых доказательств, - "которых у вас нет и быть не может - в противном случае вы не сидели бы здесь, пытаясь вырвать из меня признания". О роде Фосселеров в Гасконии болтали всякое. Дескать, злые, как черти, живут вечно, чеснока боятся и крестов серебряных. В реальности же свидетелей проявления "магического" дара было не так много. Да, Флориан негласно считался ведьмаком, но Инквизиция не нашла против него улик - неужели Андрес считает, что справится лучше? В его логической цепочке не хватало звеньев. Будь Леттис ведьмой, позволила бы она брату пропасть, а деду - сойти в могилу? Стала бы жить у всех на виду в замке, имея пресловутый фосселеровский дар, и терпеть визиты таких вот хамов? С этой точки зрения Ее Светлость была чиста, а древняя тайна рода пряталась слишком глубоко, чтобы ее можно было вытащить на поверхность одним брошенным в лоб намеком. Магия дремала в ее крови, вырываясь наружу стихийно и против желания - об этом Леттис знала, даже подписала договор о неиспользовании сил. Но ведьмой подобные выбросы ее не делали. Или делали? Недаром считают, что каждая женщина - ведьма если не по рождению, то по характеру...
- И вы полагаете, что мой муж проинформирует вас: назовет имена, адреса, приметы? - Интересно, Андрес видит себя со стороны? - Если предположить на одно крохотное мгновение, что вы правы, и замок кишит ведьмами, о чем Генрих, допустим, осведомлен, вы думаете, он раскроет правду вам? - "кузену из мятежной Орллеи, который присягнул Его Величеству Эдуарду на верность лишь потому, что другого выхода не нашел?" - Леттис позволила себе усмешку. - Я искренне тронута вашей заботой о родственниках, но вы напрасно волнуетесь, Ваша Светлость. Вам нет нужды откладывать встречу с женой из-за неточных сведений ваших агентов. Все мы люди, нам свойственно ошибаться... Но во избежание недоразумений вы можете со мной поделиться мерами безопасности, чтобы и я, и Генрих, и наши дети чувствовали себя спокойно. И чтобы ведьмы сюда не пробрались, - небольшая пауза для лучшего осознания сказанного. - А пост генерального прокурора Инквизиции занимает Джордж д`Анкур, мой хороший знакомый. Могу вас ему представить.

[NIC]Lettice Fosseler[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2vNFC.jpg[/AVA]
[SGN]

И я дарую тебе свободу, но ты ко мне возвращаешься вспять,
Как в окна ветер, как путник к дому, как то, что мне не дано поменять.
И в этом самое главное чудо: иметь, что никто не в силах отнять.
Пусть мир не вечен, но я не забуду, а, значит, и не смогу потерять

http://funkyimg.com/i/2t1PA.gif


[/SGN]

0

6

- Верно, я давно при дворе не был и мог не знать. В Авелли Его Высочество не выражал неодобрения, но впредь называть его так не буду, - беспристрастно ответил Андрес. Не столь важно, как называть Генриха, ни на что это не влияло от слова "совсем". Однако же выяснять, кто больше вправе считаться большим родственником для королевского дома герцог Орллеи не собирался - только при короле Генрихе III Андрес мог считать себя Найтоном в полном смысле этого слова, при Чарльзе ни о каких семейных узах речи не шло, а при Генрихе IV так и вовсе произошёл раскол, пусть и не по его вине. Сейчас Андрес не считал себя близким родственником, каковым он и не является, однако долг перед именем и, что важнее, долг перед королевством вынуждает его не допустить окружения короля ведьмами или появлением шанса, что королевой или королем станет носитель этого сомнительного дара.
- Суеверия? - улыбнулся Найтон, с трудом сдержав смешок. Ну да, суеверия спасли жизнь Лукреции в Борромеошире, суевериями Генрих спас жизнь Чарльзу (если слухи правдивы), суеверный Леонардо указал на всех придворных ведьм. Кузену своей бывшей жены Андрес верил и причин для недоверия не было - спасением Лукреции и помощью со снадобьями против проклятий он заслужил доверие и всегда был верен герцогу. Уж лучше Найтон станет суеверным в глазах общественности, если всё это окажется неправдой, чем пустит всё на самотёк и даст потом кому-либо повод для его обвинений в бездействии - любой, кому так или иначе стало известно о ведьме, должен сообщить об этом Инквизиции, иначе это пособничество ведьмам и тот же путь на костёр, тут даже дружба с Великим Инквизитором не поможет.
- У вас необычные представления о работе Святой Инквизиции, миледи. Понимаю, в Хайбрэе с нравами всё плохо и люди более лояльны к тем же народным целителям, откуда вам знать как действует Инквизиция, - всё ещё улыбаясь, Андрес опустил ненадолго взгляд, подбирая подобающие слова. Пусть он и считает её ведьмой, но до той поры, пока её не бросят в казематы, Леттис остаётся принцессой и герцогиней, надо быть тактичным и учтивым, хотя бы внешне, - Не в моей прерогативе искать доказательства, это задача для инквизитора. Моё дело, как прилежного петерианца и богобоязненного человека, указать на подозрительных личностей. Если расследование ничего не покажет, оно лишь подтвердит, что указанные люди являются прилежными верующими, - неужто Её Высочество думает, что Инквизиция закроет глаза на донос герцога Орллеи, той самой Орллеи, где эта Инквизиция и обосновалась и где тот самый Великий Инквизитор является Папой? Джованни с радостью инициирует расследование, а если Генрих знает о своём маленьком придворном шабаше и регент уговорит Клета противодействовать инквизиторам, Барончелли получит очередной веский повод против Рейниса, да не абы какой, а самый что ни на есть разящий. Какой Папа удержится на своём троне, если его обвинят в содействии и сокрытии ведьм?
- Я не спрашивать вашего мужа пришёл, а ставить в известность, - вновь холодно ответил Андрес, ведь за него начали додумывать, - И мне не по себе от одной лишь мысли,
что лорд-регент Хельма, герцог Хайбрэя и дядя короля знает о ведьмах при дворе и покрывает их. Даже в мыслях такого не было,
- Генрих должен был быть жертвой всего этого, а не покровителем, - Мне не нужны никакие имена, я их сам прекрасно знаю. Кристиана Ларно, вдовствующая графиня Дарингшира, Аделина Миддлтон, леди Мидейвелшира, Аннабель Девантри, графиня Ревейншира, - о самой Леттис Андрес предпочёл промолчать по понятным причинам, как и о Вербурге Кителер, не так давно оказавшей большую услугу Его Светлости в Орллее. О последней Андрес знал от Селин, своей подопечной, однако мало того, что герцог ей благодарен за помощь, так женщины и не видно при дворе - ей хватает ума не находится рядом с королём и не привлекать к себе внимание, честь и хвала. Против таких ведьм Найтон ничего не имел - они не заслуживают дыбы или костра, если не несут вреда и не переходят границу дозволенного, как сделал упомянутые ранее.
- Возможно, это не все. Придворные ведь не перманентно при дворе находятся, - ох, конечно это не все, но и их достаточно. Ни одна женщина из озвученных не заслуживает такого большого внимания, какое заслуживает Леттис, жена регента и герцога Хайбрэя.
- Делюсь мерами, Ваше Высочество. Сообщите Инквизиции о доносе, сообщите вашему мужу и держитесь подальше от указанных личностей, пока следствие не подтвердит их виновность или невиновность. Было бы печально, если ваше покровительство указанным женщинам была бы кем-то воспринято как содействие, - неужели в мире ещё остались люди, которые не знают, что за пушной зверёк эта Инквизиция? Невозможность найти точные доказательства вынуждает их пытать людей, а под пытками человек сознается во всём, что ему приписывают, за редким исключением. Неужто ни одна из указанных дам не выдаст жену регента, если ей пообещают избавление от боли?
- Джордж д`Анкур, - кивнул Андрес, смотря куда-то в сторону. Такого имени Его Светлость не помнит, хотя знает Рейнискую кардинальскую курию поименно. Выходит, это епископ, которому едва-ли хватит смелости выступить не только против дочерей и жен графов, но и против жены лорда-регента, - Не утруждайтесь, Ваше Высочество, я смогу его разыскать. Думаю, он с радостью примет помощь Великого Инквизитора, подозреваемые всё же не крестьяне или мелкопоместные дворяне, они достойны внимания главы Инквизиции, - которые является очень хорошим другом герцога Орллеи, если уж они заговорили о друзьях.
[NIC]Andres Knighton[/NIC]
[AVA]http://i.imgur.com/jqYfBUP.gif[/AVA]

0

7

- И правда, откуда? - Леттис вернула улыбку, фальшивую, как и все благодушие Андреса. - Нравы в Орллее куда более строгие, - "были лет двести назад" -  там все осведомлены о работе Инквизиции, - "еще бы: делить одну землю". - Вот и просветите меня, кузен, раз в герцогах ныне так плохо живется, что вы в инквизиторы подались, - гость дал задний ход, сославшись на долг верующего человека, но оба знали: лорд Найтон к таким и с натяжкой не относился. Как и леди Гвиннбрайр, к слову. Ни тот, ни другой не являлись благочестивыми петерианцами, соблюдающими заповеди до буквы и ведущими счет самым незначительным грехам. - А почему вы так настаиваете на расследовании? И именно сейчас? По-вашему, Хайбрэю нечем заняться, кроме как отлавливать эфемерных ведьм и сдавать их Его Святейшеству? Или опять хотите впутать Генриха в свои интриги? - мятежник и интриган - сама Леттис думала об Андресе именно так. - О, полагаете, лорд-регент должен быть польщен вашими заботами о его благополучии? Не трудитесь, он сам способен определить друзей и врагов. Даже если в числе первых - ведьмы, а в числе вторых - родственники. Названные же вами имена, Ваша Светлость... - реально существующие люди с еще более реальными способностями. И если о даре леди Мидейвелшира женщина могла только догадываться, то про Кристиану Ларно знала наверняка. Хуже того: имелись люди, могущие подтвердить целительные прикосновения обер-гофмейстерины, а Инквизиция славилась умением выуживать признания у немых и полумертвых, что уж говорить про вменяемых и благоразумных, дорожащих шкурой и положением. - Всего лишь имена. И пока за ними нет конкретных примеров проявления магии, это - клевета. За которую никто из вышеупомянутых вами лиц, милорд, благодарен не будет. Я, разумеется, приму меры, чтобы и тень подозрения не легла на окружение Генриха и тем паче Его Величества Эдуарда, но, согласитесь, удалять от двора людей по одному слову, пусть бы оно и принадлежало Вашей Светлости, неразумно. Хотя, возможно, оно принадлежит не вам?.. - не по поручению ли Джованни Барончелли нелегкая принесла Андреса в столицу? - Вы мне лучше вот что скажите, кузен. Вы ведь не из чистосердечия раскрываете мне сейчас карты. Я вам не нравлюсь, вы даже не стараетесь это скрыть, что, впрочем, меня мало трогает. Так чего ради вы пугаете бедную беременную женщину рассказами об Инквизиции и ведьмах? Неужели считаете, что я отношусь к их числу? - хватит ли у Андреса наглости бросить обвинения герцогине в лицо?
[NIC]Lettice Fosseler[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2vNFC.jpg[/AVA]
[SGN]

И я дарую тебе свободу, но ты ко мне возвращаешься вспять,
Как в окна ветер, как путник к дому, как то, что мне не дано поменять.
И в этом самое главное чудо: иметь, что никто не в силах отнять.
Пусть мир не вечен, но я не забуду, а, значит, и не смогу потерять

http://funkyimg.com/i/2t1PA.gif


[/SGN]

0

8

Игра, весьма причудливая, отчасти опасная и отдающая некоторым азартом, если вспомнить, что ведётся она в отнюдь не честных условиях. Чтобы узнать человека, иногда и всей жизни не хватит, а иногда хватает и небольшого разговора. Леттис Фосселер, очевидно, лицедейка и не самая худшая, если бы Найтону не было известно наверняка о её принадлежности к ведьмам, наверняка бы поверил в эти широко распахнутые удивленные глаза.
- Не подался, но считаю нужным для человека моего положения быть осведомленным в столь важных делах. Вы, как герцогиня и принцесса, не разделяете этого мнения? – с ухмылкой спросил Андрес, немного задирая голову. Слабо верится, что человек её положения не знает о порядке проведения инквизиторского расследования и суда, наверняка видела или хотя бы слышала, тем более если она ведьма и, как и любая из них, должна знать, с чем может столкнуться. Разве может ведьма долгие годы прожить на публике, в центре внимания, не зная уловки своих врагов?
- Его Святейшеству? Это вы так признали статус Папы Пия XVII? – иронично переспросил Найтон, - Нет, Папа из Рейниса к этому никакого отношения не имеет, и Хайбрэю наверняка есть чем заняться окромя поиска ереси. В конце-то концов, это ведь не дело светских властей – искать еретиков, отступников и ведьм, но если мирянину известно о них, разве он не обязан сообщить об этом? И о каких интригах идёт речь? По вашему, я похож на человека, который впутывает кого-либо в интриги? Не при моём дворе случилось чудесное исцеление короля Чарльза, - Андрес был тогда в Уортшире и знает, что кузен был в шаге от смерти. Может его вылечили травами, да такими, что спустя пару месяцев он уже на войну снарядился. Не странно ли подобное?
- Или загадочное отравление принцессы Анны Мирцелл, - тут уже ничего, связанного с магией, но, очевидно, интрига и весьма заметная, может даже заговор, только кого против кого? Для ответа герцог Орллеи слишком плохо знал королевский двор в его нынешнем составе.
- Или может это я впутал его в интригу с леди Вентури, когда целое графство было уведено под покровом ночи, а дочери спрятаны в закромах, дабы позже одна из них вышла за гасконского бастарда? Миледи, вы мне льстите, если считаете, что я способ переплюнуть интриги подобного уровня, - и это правда. Пусть интрига с Изольдой и переплюнет все эти, но в сумме регент набрал их наверняка больше, чем едва-ли может гордиться, ведь подобное не пристало выставлять на публику и подобным уж точно не хвастаются.
- Осторожнее, Ваше Высочество, ведьмы среди друзей? – и подобного утверждения уже достаточно, чтобы привлечь внимание средней руки инквизитора, а при королевском дворе явно не дилетанты находятся, - Я искренне надеюсь, что это шутка и не более того, - какая же это шутка, если Генрих пригрел у груди парочку ведьм? Остаётся надеяться, что он не знал о них или, как минимум, может сопоставить свои связи с ними со связями кузена и Изольды. Двадцать лет знакомства, отношения, проверенные временем и опытным путём, чтобы герцог мог не сомневаться, что эта ведьма, одна из многих, не станет вытворять глупости и как-либо провоцировать конфликт. Может и регент может этим похвастаться?
- Примеров проявления магии не бывает, можно лишь косвенно доказать. Всякие принадлежности, свидетельства, улики, всё это собирается в ходе расследования и, как я уже сказал, если упомянутым дамам нечего скрывать, все лишь убедятся в их богобоязненности, а если же нет – тогда вознесём молитвы Создателю, что он уберёг нас всех от подобных людей, - скромная улыбка и пассаж собеседницы.
- С чего вы взяли, что вы мне не нравитесь? Потому что улыбаюсь недостаточно широко или не поливаю вас лестью? Я искренне рад, что кузен смог обрести счастье в ваших объятьях и вскоре появятся первые плоды вашей чистой и светлой любви, но, как человек немного сведущ в магии, хотелось бы спросить – они унаследуют ваш дар или эта нелегкая их обойдёт? – ну вот, собственно, и дошли до основного лейтмотива этой встречи.
[NIC]Andres Knighton[/NIC]
[AVA]http://i.imgur.com/jqYfBUP.gif[/AVA]

Отредактировано Ra (2017-08-15 01:47:34)

+1

9

- Говоря "Его Святейшество", я имела в виду не конкретного человека, а главу церкви в общем, - Леттис раздраженно передернула плечами. - Но если вам угодно, я уточню: Его Святейшество Клета, единственного законного помазанника божьего. У себя в Авелли вы можете сажать на престол хоть всех подряд, это не делает ваш выбор сколько-нибудь значимым в глазах компетентных людей, умеющих видеть полную картину. Похожи, - глядя в глаза Андресу, ответила она на вопрос о сходстве с интриганом - несомненно, риторический, но как тут устоять? - Выздоровление Чарльза произошло и не при мне, так что я, как и вы, могу лишь оперировать слухами. А в том, что вас, милорд, хлебом не корми - дай сплести интригу, убеждена не я одна. Не верите - вспомните теплый хайбрэйский прием, взгляды искоса, шепот за спиной, который вы, любитель сплетен, наверняка не обошли вниманием. Касаемо отравления - Вашей Светлости лучше меня известно: в корне проблемы лежит заговор, а не ведьмы. Не поверю, что в Орллее это явления столь редко, что уже стерлось из памяти орллевинцев, - и правда, при каком дворе не покушаются на коронованных особ? - Я вам не льщу. Уверена, в ваших сундуках, кузен, спрятано не меньше тайн, которые временно скрыты от чужих глаз. И да, мы отклонились от темы. Если не ошибаюсь, речь шла о вашем намерении предупредить Генриха о ведьмах, не так ли? - обсуждать действия мужа Леттис не собиралась. Лорд-регент знал, что делал, она верила в это.
- Отчего же не бывает, - возразила женщина. - Как послу Святой Инквизиции вам ли не знать, что при желании следы магии можно найти везде, даже там, где ее отродясь не было. Вы играете словами, Андрес, по-прежнему скрывая вашу истинную цель визита. Вы уполномочены провести расследование в Хайбрэе и имеете при себе бумагу, это подтверждающее?  Или вас беспокоит, что столица легко обходится без советов многоуважаемого лорда Арвьершира? А, может, вы явились шантажировать меня, требуя взамен услуги, деньги, контакты? Слишком уж вы настойчивы в своем намерении разузнать о ведьмах при королевском дворе. Согласитесь, это наводит на подозрения, - Леттис развела руками для пущего эффекта. Голубые глаза ни на секунду не выпускали визитера из вида, следуя за ним по пятам. - С того, что мне не нравитесь вы, - грубо отрезала леди Гвиннбрайр, начиная злиться: вот ведь привязался!
От прямого вопроса на миг перехватило дыхание, но женщина не потеряла невозмутимости, хоть и напряглась всем телом. 
- Так вы по дороге сюда и все гасконийские слухи собрали? Любопытно, - Ее Светлость откинулась на спинку кресла, позволяя себе усмешку. - Мой дед был притчей во языцех, кем его только молва не представляла, что немудрено: долголетие - редкое событие в наших краях. По легендам, род Фосселеров богат на ведьм и колдунов, но в реальности все куда прозаичнее. Я не ведьма, Ваша Светлость, и у меня нет никакого дара, который я могла бы передать сыновьям. К нашей с вами радости вы ошиблись, милорд, - теперь Леттис улыбалась - почти дружелюбно. Предусмотрительный Флориан не зря взял с детей и внуков обещание не использовать магию: буде таковая обнаружена, официально заверенная нотариусом подпись станет последним несокрушимым бастионом для защиты Лестера и Леттис от костра или чего похуже.

[NIC]Lettice Fosseler[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2vNFC.jpg[/AVA]
[SGN]

И я дарую тебе свободу, но ты ко мне возвращаешься вспять,
Как в окна ветер, как путник к дому, как то, что мне не дано поменять.
И в этом самое главное чудо: иметь, что никто не в силах отнять.
Пусть мир не вечен, но я не забуду, а, значит, и не смогу потерять

http://funkyimg.com/i/2t1PA.gif


[/SGN]

0


Вы здесь » Древний мир героев и богов » Альтернативная реальность » После всех встреч остаются раны


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC