Вечерело. Прохладный ветер приятно касался кожи, стараясь приподнять подол итак короткой юбки. Густые светлые волосы плавно развивались, иногда падая на глаза. Она торопилась, стараясь побыстрее преодолеть «красоты» местного леса. Наверное, скоро солнце уже сядет, и круглая луна выплывет из-за горизонта. Деревья едва слышно скрипят, качаясь на ветру. Дикие цветы пышно разрастались по обе стороны дороги. Лишь иногда невиданные птицы испуганно вскрикивали и хлопали крыльями. Каллисто настороженно смотрела вперед, иногда оглядываясь, дабы убедиться, что ее никто не преследует. Не то чтобы, она от кого-то убегала, просто вечерний лес не самое безопасное место. [читать дальше]
Эта история далеких веков, забытых цивилизаций и древних народов. Мир, полный приключений и опасностей. Жестокие войны и восстания, великие правители и завоеватели, легенды и мифы, любовь и ненависть, дружба и предательство... Здесь обыкновенный смертный, со всеми своими слабостями и недостатками, способен на захватывающий дух героизм, на благородство и самопожертвование, которые неведомы ни богам, ни другим живым существам. Это история беспримерного мужества, почти самоубийственной отваги, это история, где нет пределов достижимого...
annukxenarumina

Древний мир героев и богов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Древний мир героев и богов » Взгляд в прошлое » «Фокус - это ловкость рук и быстрота ног, если он не удался»


«Фокус - это ловкость рук и быстрота ног, если он не удался»

Сообщений 21 страница 22 из 22

1

http://49.media.tumblr.com/9e73c14cb5574fd4d3fa4c711cedbd68/tumblr_n6b9ezZICT1sizkj2o1_250.gif http://funkyimg.com/i/2a2eY.gif
Действующие лица: Аннук, Оникс
Время и погода: однажды летом, задолго до войны
Место действия: Греция
События:

Оникс решает научиться мошенничеству, чтобы зарабатывать на жизнь и отвлекать людей от своих способностей, тем более, что Гера перестала являться ей с некоторых пор. Но женщину разоблачают раз за разом, и так до тех пор, пока Аннук, оказавшаяся неподалеку, не предлагает помощь. За жрицей охотятся фурии, и встреча с циркачкой кажется подарком судьбы: узнав побольше об Аннук и научившись простеньким фокусам, Оникс присваивает себе ее личность, отдав свою взамен, и уходит довольная, что разобралась с преследовательницами. Но уже на следующий день из-за слепоты девушки она ощущает, как зрение ухудшается, а через неделю пропадает вовсе. Единственный способ вернуть все на свои места - разыскать Аннук и выпросить согласия на обратный обмен. Только вряд ли тот, кто нечаянно обрел зрение, вновь согласится променять его на темноту.

+1

21

- Да, - разрываясь между желанием сказать правду и благоразумием этого не делать, проговорила Оникс. Циркачке не помешало бы узнать об опасности, однако за все это время эринии ни разу не явились за ответом. Что если они забыли про жрицу? Мало в Греции отцеубийц кроме нее? С бессонницей и голосами в голове можно жить - Оникс же жила - необязательно искать им объяснение. Пусть Аннук уходит и сама разбирается с последствиями, какое ей теперь дело?
Никакого. Вот только придется до скончания дней остаться слепой - судя по уклончивым словам девушки, она знала больше, чем говорила. Положив на одну чашу весов утраченный облик с довеском в виде незрячих глаз, а на другую - избавление от выдуманной (или нет) угрозы, троянка засомневалась в правильности содеянного. Растворись Аннук в толпе без надежды на новую встречу, Оникс бы успокоилась со временем, привыкла. Но чувствуя промедление с ее стороны, жрица невольно цеплялась за возможность вернуть все на свои места.
Как и следовало ожидать, факир не покинула проулок. 
- Ты недалека от истины: кошмары и беспокойство призваны свести жертву с ума. Это наказание накладывают на убийц богини мщения - эринии, - со вздохом Оникс приоткрыла часть своей биографии. - Я убила отца за измену матери, - а сколько смертей было после! - По благословению Геры. Преследовательницы, надо полагать, тоже с ее милости за мной явились, - совсем рядом проехала телега, грохоча колесами по мостовой. - Татуировка под правым запястьем, - женщина сделал жест, призванный привлечь внимание циркачки к рисунку на коже, - и амулет на шее. Теперь ты знаешь, кто я. Думаю, ты слышала или, быть может, сталкивалась с солдатами Геры. Они вырезают деревни целиком за неповиновение, убивают женщин и детей. В моем подчинении находился один такой отряд, - Оникс мечтательно прикрыла глаза. - Хорошие были дни. Я карала и миловала - такое тоже случалось, не удивляйся - распоряжалась чужими судьбами, словно сама жена Зевса. Мои приказы беспрекословно выполняли, меня боялись и уважали. Знаешь ли ты, Аннук, как сладка власть? - со страстью в голосе продолжала жрица. - Ее всегда мало, сколько бы не получил. Она как наркотик: хочется еще и еще. Когда так называемые храбрецы бьют поклоны, ползают в пыли, целуя сапоги и вымаливая свою жалкую жизнь, - о как же приятно на это смотреть! А еще лучше - пригвоздить этих презренных людишек к земле и наблюдать за их предсмертной агонией. Кстати, маски из свежей крови хорошо смягчают кожу рук... - не выдержав, Аннук прервала ее, на что Оникс рассмеялась: - Не буду тебя больше пугать, - фраза про кровь была шуткой, которую циркачка, похоже, приняла за чистую монету. - Все это в прошлом. Теперь я в опале и в бегах, за мной - вернее, уже за тобой - по пятам идут фурии, я вынуждена зарабатывать себе на хлеб, чем придется: обманом, мошенничеством, мелким колдовством. Какая уж тут власть! Над клопами и блохами если только, - женщина брезгливо повела плечами. - Вчера, - ответила она на вопрос о еде. - Да мне и не хочется, - на этих словах живот предательски заурчал. - Ты хорошая, Аннук, добрая, талантливая... Я никогда бы не смогла стать хоть чуточку похожей на тебя. Смена наших внешностей - моих рук дело. Я собиралась сбить эриний со следа, потом бы все поправила! - поспешно добавила жрица. - Кто же знал, что твой недуг я прихвачу с собой! Раньше я этой способностью не пользовалась, - "и сто раз подумаю использовать впредь". - Если хочешь, могу попробовать сделать нас прежними. А там мы вместе подумаем, как обезопасить себя и Ареса заодно. Хороший пес, - Оникс потрепала волкодава за ухо, тот радостно лизнул ладонь.

Отредактировано Oniks (2018-01-31 12:31:54)

+2

22

Аннук ждала. В ответ на страшные признания Оникс должен прийти отклик. Раньше у неё непременно зашлось бы сердце. Она бы вспомнила и cгубленного пиратами отца и сожжению деревню и много чего еще, виденного в старые времена и слышимое после того, как осталась слепой. Какому трезвомыслящему человеку понравятся рассказы, о – как это она сказала? – маске для рук из свежей крови? Перед глазами циркачки возникла реалистичная картина. Последнее время подобные видения всякой непотребщины случались с ней часто. Её собственное тело, облаченное в ненавистное красное, улыбающееся, и вместе с тем очень сосредоточенное лицо. А ниже руки методично опускались в разодранное, как индюшиная тушка, человеческое брюхо. Лилово красные внутренности на дороге закручивались кольцами, похожие на дождевых червей. Кровь липла к рукам бордовыми перчатками. Нечто похожее, но все-таки не такое яркое, любят привечать богатые купеческие жены на ярмарках. Видение вспыхнуло и померкло, но также, как и слова его вызвавшие, не произвело на циркачку особенного впечатления. Кроме гадливости за его яркость. Наверное, она вздохнула, Оникс остановила излияния и с победным выражением обратила на неё зелень глаз. Не врали те, кто говорил, что от взгляда Аннук у них мороз по коже. Поди угадай о чём думает человек, когда зрачки неподвижно смотрят в пустоту.
- Не жди от меня приговора, Оникс. Я не Немезида, —сказала Аннук, в ответ на затянувшуюся паузу и потому что нужно было что-то сказать. И слова опять полились ручейком. Девушка обернулась на выход из переулка, она понемногу пятилась к нему. На обеих стенах по бокам росли виноградные лозы. Они карабкались по земле и протягивали друг к дружке тонкие усики, стараясь сцепиться на пол пути. На земле лежали длинные крючковатые тени. Аннук споткнулась о крепкую лозу и обернулась к жрице. Признания Оникс мало её удивили. Как она говорила ей бы хотелось поверить, что воображение сыграло с ней шутку и выдало желаемое за действительное. Но сильнее она хотела бы верить в Богов, которые могут творить чудеса и произошедшее не мало,  их происки. Ответ и благодарность за дары. Первое время после болезни Аннук в изобилии приносила их в храмы по всей Греции. Она склоняла голову в молитве и все ждала, когда произойдет озарение. О подобном много говорят фанатики, вещая о благословении исходящим на головы истинно верующих. Аннук представляла себе это невероятное ощущение много раз. Быть может теплом, пронзающим всё тело. Какое появляется ранним утром на берегу океана, когда золотые искры восходящего солнца красят воду кармином. Однако ничего подобного в храмах ей испытать не пришлось.
Худшее воспоминание оставило по себе святилище Ареса. Она завернула в него всего один раз и выстояла службу. Притаившись в уголке собрания, комедиантка вслушивалась в лязг мечей и тяжелое пение, больше похожее на призыв к битве. От криков вскоре разболелась голова, однако она продержалась до конца. Но никаких следов Эроны в храме отца Аннук найти не удалось. Будучи достаточно честной с собой, она позже призналась псу, что искала именно богиню ярости. Та была или слишком занята, или обходила стороной хвалебницы отца. Аннук ушла ни с чем. Вечером, во время ночлега она порывалась сжечь подаренную красную ленточку, но сколько не подносила к огню всегда отводила руку. А теперь выходило, все произошедшее с ними было делом рук обычного человека. Хотя назвать Оникс обычной, ровно, как и ситуацию в которой они, по доверчивости одной и расчету другой угодили, можно было лишь с большой натяжкой.
Жрица закончила рассказ. Аннук смахнула с дороги злополучную лозу и вернулась на прежнее место. Медленно она положила ладонь Оникс на свою согнутую в локте руку. Арес нахохлился, но рычать больше не пробовал.
- Идем. Денег у нас нет, значит нужно их заработать, - рука об руку девушки вышли на улицу. После сумрака переулка горячее полуденное солнце показалось Аннук особенно ярким. - Когда стемнеет я хочу оказаться в четырех стенах. Там, где есть свечи и очаг.
- А тебе нужно поесть. Со всем прочим разберемся после. - Было что-то успокаивающее в том, чтобы оттянуть момент истины до последнего. Аннук хотела вернуть свою жизнь и тело, избавиться от преследования фурий и все же одна мысль о том, что придется расстаться со зрением навевала грустные мысли.
Когда они вышли на площадь представление было в самом разгаре. В центре улицы установили разноцветный шатер, издали похожий на юбку танцовщицы. Аннук догадывалась именно из этого предмета гардероба и был сотворен купол. Циркачка улыбнулась и расслабилась. Любой цирк до момента выступления выглядит осиротевшим. Особенно это заметно в солнечную погоду. Знающие артисты, стараются приезжать в новый город засветло. Зритель не должен видеть ни уставших с пути лиц, ни телег, которым вскоре предстоит стать сценой для певиц и жонглеров. Каждая деталь цирка должна подкреплять веру публики в чудо, на час приравнивать артиста, если не к божеству, то к главному служителю Гермеса, что дарует верному слуге ловкость и красноречие.
Пробравшись сквозь толпу, девушки очутились по правую сторону от купола. Немногочисленные актеры Ксенофилиуса были заняты каждый своим делом и единственным кто заметил их появления был высокий юноша зазывала. Облаченный в ярко оранжевый костюм и красную шапочку с бубенцом, балагур устремился к ним навстречу:
- Аннук! - радостно подпрыгнул он. Из глубокого кармана рубашки показалась по-собачьи улыбающаяся морда Щена. При виде циркачки, зверь завилял хвостом и чуть не вывалился на дорогу, в последний момент ухватившись лапами за края своего убежища. - Они скоро начинают. - комедиант указал головой в сторону двух человек, стоявших в стороне от остальных. Неурядицы последних дней не дали Аннук возможности, как следует познакомиться со всеми обитателями каравана. Партнеров по ремеслу она знала только в лицо. Их общение ограничилось фразами знакомства и одной репетицией, когда они безуспешно попытались смастерить номер, в то время как повозка подлетала на ухабах.
- Спасибо, что присматриваешь за ним, - Балагур застенчиво улыбнулся в ответ. Аннук так и не привыкла к впечатлению, которое производила её новая внешность на мужчин.
- Иди, иди же, - замахал на неё циркач и вместе с Щеном вступил в толпу.
- Как ты только выносишь такие взгляды? - обратилась Аннук к стоявшей рядом Оникс и задумчиво глядя в след балагуру. – Говоришь с человеком, а он как будто и не слушает. И глаза голодные. – Девушка повела плечами, стремясь избавиться от неприятного чувства, вызванного коротким разговором. Как только все это закончится она с превеликим удовольствием вернётся к своей заурядной внешности. Быть красивой для кого-то или по случаю приятно, однако жить с этим? Пожалуй, это не для нее.
- Тебе что-нибудь нужно для… - факир замешкалась, подбирая слова, - того, чтобы вернуть нас?

+3


Вы здесь » Древний мир героев и богов » Взгляд в прошлое » «Фокус - это ловкость рук и быстрота ног, если он не удался»


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC