Снова удар в ладонь, блестящее лезвие протыкает плоть, и на этот раз рука отзывается болью. Есть, кажется, получилось! И точно - из сквозной раны в ладони текла густая, дымящаяся и местами вспыхивающая пламенем кровь. Заботливо, словно мать, Артемида приподняла голову умирающей и нежно прижала рану к её губам. Амброзия, которую на празднествах вкушают боги, ни в какое сравнение не шла с божественной кровью: в горло наёмнице словно бы полилась расплавленная звезда.
© Artemis


сюжет | список персонажей | внешности | поиск по фандому | акции | гостевая |

правила | F.A.Q |

Эта история далеких веков, забытых цивилизаций и древних народов. Мир, полный приключений и опасностей. Жестокие войны и восстания, великие правители и завоеватели, легенды и мифы, любовь и ненависть, дружба и предательство... Здесь обыкновенный смертный, со всеми своими слабостями и недостатками, способен на захватывающий дух героизм, на благородство и самопожертвование, которые неведомы ни богам, ни другим живым существам. Это история беспримерного мужества, почти самоубийственной отваги, это история, где нет пределов достижимого...

Древний мир героев и богов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Древний мир героев и богов » Сюжетная линия » "Плохая идея - начинать знакомство со лжи"


"Плохая идея - начинать знакомство со лжи"

Сообщений 1 страница 20 из 21

1

http://funkyimg.com/i/2ru9c.png
Действующие лица: Уорн, Оникс
Время и погода: погода благоприятствует, время - не очень.
Место действия: Греция Нового мира
События:

Говорят, что все самые интересные знакомства происходят за кружкой чего-то крепкого, и, возможно, доля истины в этом есть... Бывший охотник на драконов Уорн безбожно надирался в таверне, когда его там "заприметила" Оникс. Слово-за слово, жрица предложила погадать, если тот "позолотит ручку", а сама в это время изучала его и за нечесаной бородой разглядела больше, чем он хотел показать, а именно: тяжелую и горькую думу. Узнав о героическом прошлом Уорна, она решила заполучить с его помощью древний артефакт, дающий владельцу неограниченную власть, и рассказала, что на ее родное селение напал ужасный дракон. То ли Оникс была так убедительна, то ли драконоборец засиделся в этом невзрачном месте, но в итоге походу за крылатой тварью было решено состояться. Но самое интересное заключалось даже не в отсутствии реального чудовища, а в другом: погибшая жена Уорна в момент их встречи должна была быть принесена в жертву не кому-то, а Гере, верховной богине греческого пантеона и наставнице Оникс, о чем мужчина, естественно, и не догадывался, соглашаясь на сделку...

Отредактировано Oniks (2017-04-25 13:01:50)

+1

2

Внешний вид: вариант 1, вариант 2, вариант три
С собой: меч, кинжал, два метательных ножа.

Как всегда Уорн сидел в самом тёмном уголке трактира, где уже около недели снимает себе комнату. По утрам он уходит и в наймы работает на поле у брошенных стариков, которые не в состоянии самостоятельно обрабатывать землю, а питаться чем-то нужно было. Драконоборец работал у них на поле, за это получал несколько динаров. Хватало на комнату и питьё. Кормила его обычно добрая старуха, ибо работу мужчина выполнял добросовестно и в полной мере своих сил, поэтом каждый вечер возвращаясь обратно в трактир он от души напивался, стараясь унять память, мысли и убить своё собственное я. Кстати говоря, у него это получалось превосходно. От прежнего Уорна не осталось ровным счетом ничего. Грязный, выпачкан в земле, он не помнил, когда последний раз принимал ванную. Мокрые от пота и грязи темные локоны спадали ему на лицо. Буйный и недовольный собственной жизнью Уорн наслаждался одиночеством и выпивкой в том самом темном уголке.
- Эй, кто здесь именует себя Уорном?
В трактир завалилось трое молодых людей. Уорн из под тени бросил на них внимательный взгляд. Ухожены, богаты, только настроение возбужденное непонятной злобой и возмущением. Мужчина отвернулся и продолжал наслаждаться одиночеством. Не произнося ни звука он отпил огромный глоток. Но взгляды постояльцев, брошенные на Уорна дали пришедшим знать, где именно он есть и теперь они последовали в его укромный уголок. Двое присело рядом за стол, третий стал за спиной драконоборца.
- Это ты, Уорн?
Бродяга, бывший воитель недовольно посмотрел на молодых людей. Несмотря на его пьянство, взгляд его синих глаз всегда выражал холодную ярость по отношению к тем, кто ему мешает. Эти трое мешали.
- Смотря кто спрашивает, - спокойно ответил мужчина и, несмотря на то, что за спиной у него стоял один из ребят, Уорн спокойно откинулся на спинку стула так, что его взгляд теперь растворился в тени. Он скрестил руки на груди. – Чего вам?
- Я пришел за деньгами, - юноша сделал паузу. Уорн тоже молчал. Хоть он и заядлый пьяница, но знает что денег никому не должен, потому что никогда ни у кого не брал в займы. Богач понял, что Уорн не собирается отвечать, поэтому продолжил. – Это ты обкрадываешь моих бабку и деда!
«Вот оно что. Понятно» - подумал бывший драконоборец. Гуляющий внук приехал повидать родных. Видно, что он какой-то городской петух так расфуфыренно одет. А тут оказывается его старики работать не в состоянии и не дали денег молодому павлину, поскольку платят за работу какому-то чужаку. Не удивительно, старикам деньги не нужны. Им нужна обработанная земля, что бы было что поесть и на что прожить.
- Я заработал эти деньги честным трудом, - спокойно ответил Уорн и наклонился к столу. Теперь молодой человек уловил взгляд пьяного работяги и по его телу пробежали мурашки. Но разве глупец слушается собственных ощущений?
- Нет обокрал! Забрал у них последние гроши. Бедные старики вынуждены были их тебе отдать! – орал юноша.
- Не обвиняй меня в воровстве, - предупредил драконоборец.
- А то что? Парни!
Авантюрный богач дал команду своим друзьям. Стоит признать, они оба были крупней него самого. Несмотря на действие хмеля Уорн среагировал моментально. Он потянулся через стол, схватил богача за воротник, резко потащил на себя, таким образом, обвинитель ударился лбом об столешницу. Его товарищ, что сидел возле Уорна спохватился, потому как, на удивление, мужчина среагировал быстрей нападавших. Тот второй оперся рукой об стол, хотел нанести удар, но Уорн молниеносно извлек из ножен на поясе кинжал и воткнул его прямиком в запястье товарища богача. Тот заорал от боли. Драконоборец посочувствовал парню, потому как честно признаться планировал попасть между пальцев, что бы приструнить. Но был пьян, поэтому промахнулся. Что касается третьего нападавшего, который был со спины. Краем уха, Уорн уловил звук трущегося лезвия, извлекаемого из ножен. Мужчина ухмыльнулся уголком рта и поддел ногой ножку стула, на котором сидел так, что табурет больно ударил нападавшего между ног.
После небольшой стычки, за которой постояльцы наблюдали с огромной охотой, Уорн слегка пошатнувшись из-за того, что был пьян подошел к богачу.
- Мой тебе совет, попроси у своих стариков прощения за то, что бросил их и прожираешь деньги, которые они тебе высылают на дорогие шмотки и азартные игры. А еще раз сунешься ко мне или начнешь требовать денег у стариков, я тебе голову с задницей местами поменяю.
Под общий хохот пацанва покинула заведение. Драконоборец вздохнул, покачиваясь, поднял свой табурет и уселся обратно за стол.
Наутро он пришел к старикам, и как не прискорбно бы это звучало, они прогнали его. Зато их внук с триумфальным лицом наблюдал за тем, как уходит драконоборец. Уорн тогда разозлился не из-за того, что старики его прогнали. Мужчину взбесила их собственная слепота. Они настолько любили внука, что не замечали как возрастили эгоистичного ублюдка. А что самое неприятное – он выжмет из них всё и бросит умирать в одиночестве. Но теперь это дело бывшего драконоборца не касается. Уорн вернулся в трактир. Платы хватает еще на день. Значит, ночью – он покинет этот город.

+2

3

Одета: http://funkyimg.com/i/XeSC.jpg
С собой: сумка со всем необходимым, кинжал

Оникс любила таверны. Не льющийся через край деревянной бочки эль и не оглушающие крики пьянчуг, заканчивающиеся по обыкновению дракой, а ту атмосферу, что царила в полумраке утопленного в подвал здания. Здесь заключались сделки, раскрывались секреты и бросались туманные намеки - настоящий рай для тех, кто умеет видеть и наблюдать. Женщина сбилась со счета, сколько раз в темном уголке ей попадался безбожник, которого следовало покарать за неверие, или осведомитель, способный на этого самого безбожника навести. Не требовалось много сил, чтобы выудить информацию из полупьяных мужчин - всего лишь таинственно улыбаться, мягко опускать ресницы и, чуть понижая голос, придвигаться ближе (не забывая задерживать дыхание при устремляющихся навстречу алкогольных парах). Иной раз можно было даже позволить прикоснуться к себе, поманить обещанием поцелуя либо же попросту применить силы, если собеседник не хотел быть сговорчивым - у жрицы Геры много уловок в арсенале. Но, как правило, магия требовалась в редких случая: кареглазой красотке и так удавалось покорять сердца. А потом разбивать их, упиваясь собственным отражением в мерцающих осколках. И этот вечер не должен был стать исключением.
Сняв капюшон плаща, Оникс направилась к стойке, окидывая исподтишка внимательным взглядом публику и размышляя, с кого бы начать. После войны прошло уже немало дней, и брюнетка перестала бояться шпионов Геры или фурий, но все же прошлое научило ее быть осмотрительнее и убеждаться, что найден способ выйти из игры до того, как эта игра начнется. Воспитанная жрицами, Оникс с легкостью различала своих коллег - как правило, они не пили, кутались в темные плащи и время от времени впадали в оцепенение, общаясь с покровителями и испрашивая совета. Они не вступали в драки и держались особняком, не умея скрыть приоритеты в разговоре. А Оникс научилась, и затеряться среди толпы ей не стоило трудов, ведь когда за тобой охотятся богини мщения, малейшая оплошность может стоить жизни. Жить она хотела, поэтому никому не рассказывала о принадлежности к клану жрецов Верховницы и тщательно прятала татуировку в виде пера - ее символ.
Трактирщик поставил перед ней кружку с вином, и Оникс уже собиралась ее пригубить, как ощутила на спине чью-то руку. Невозмутимо повернув голову, она обожгла подошедшего мужчину взглядом и чуть улыбнулась, когда он спросил, не боится ли она путешествовать одна.
- А я не одна, - женщина вынула из сумки стеклянный шар. - Со мной мое будущее.
- Ты ведьма? - незнакомец нахмурился и убрал руку.
- Может, и так, - согласилась она. - Но я могу показать, что тебя ждет. Могу избавить от врагов или сообщить, чем занимается твоя жена, пока ты отсутствуешь.
- У меня нет жены.
- И почему ее до сих пор нет тоже,  - ничуть не смутилась Оникс. - Хочешь?
Словно в такт ее словам внутри шара заклубился туман, и мужчина завороженно посмотрел на него, но все же тряхнул головой:
- Нет. Связываться с магией - дело гиблое.
- Ты даже не представляешь, насколько ты прав, - шепнула брюнетка ему на ухо и, потеряв интерес, обошла его и устремилась к столу, где собиралась продолжить наблюдения за публикой. Покрутившись неподалеку, поклонник исчез, и Оникс облегченно вздохнула: тратить драгоценные часы на то, чтобы от него отвязаться, в ее планы нынешним вечером не входило.
Шло время, и таверна заполнялась разношерстным людом. Подвыпившие мужчины уже не интересовались историей вновь прибывших, а те вещали о событиях из прошлого и настоящего под одобрительные возгласы и скабрезные шутки. Благодаря легкой магической дымке, наложенной на всякий случай, по Оникс скользили равнодушным взглядом и забывали в следующий миг, что было жрице только на руку: она могла беспрепятственно слушать разговоры и вычленять из них по крупицам важную информацию.
И та не заставила себя ждать: за соседним столом заговорили о некоем Уорне, завсегдатае таверны, который "угрюмый как всегда напивается до бесчувствия".
- У него вроде жена умерла, - доверительно сообщил один другому. - Или всю семью убили. Ясно дело, пить начнешь тут.
- А кто он вообще? Я раньше его здесь не видел, - у второго включилась подозрительность, но первый отмахнулся:
- Он каждый вечер сюда приходит, вчера вон драку устроил. Побил какого-то крестьянина, у которого работал по найму, его и выперли.
Удивившись в который раз скорости распространения сплетен, женщина продолжала слушать.
- Говорят, он раньше был драконоборцем, - вытерев жирные руки о штаны, рассказчик усмехнулся. - То-то у нас драконов не осталось совсем.
Его товарищ загоготал, и разговор перешел в другое русло. Отпив вина, Оникс задумчиво поглядывала в угол, где сидел тот самый Уорн, и в голове ее медленно зрел план. "А это должно быть интересно", - она наконец решила познакомиться с ним и проверить, подходит ли он для придуманной ею миссии. Ее стол находился чуть сбоку, поэтому, приближаясь к мужчине, она не сразу попала в его поле зрения и выиграла несколько секунд, прежде чем он ее заметил.
- У тебя взгляд того, кому осточертела эта жизнь, - заявила она, усаживаясь напротив. - Но мне известно будущее, и я могу открыть его тебе. Вдруг найдется, ради чего жить?
Пронзительно синие глаза драконоборца уставились на нее из-под спутанной копны волос, и у женщины перехватило дыхание: она никогда раньше не видела такого взгляда у мужчины. Он будто прошивал ее насквозь и видел самые тайные желания, от чего становилось не по себе - благо, чары она сняла и теперь была готова пустить в ход все обаяние, чтобы заполучить Уорна в свои сети. Шестое чувство подсказывало, как себя вести, и Оникс доверилась ему - оно никогда не обманывало.

Отредактировано Oniks (2015-05-23 18:24:26)

+3

4

Поутру после разговора с милой пожилой парой, что изгнала его со своего порога, как самого отвратительного человека в мире, Уорн вернулся в тот самый трактир, где коротал ночи. Откровенно говоря, мужчина устал наблюдать за тем, как бухтит жена трактирщика, каждый раз разочаровываясь, когда в их дверях вновь появляется он. А чего они еще хотели? Уорн заплатил за проживание и никуда не денется отсюда, пока не израсходует лимит оплаченного. В этот раз по обыкновению встретил тот самый взгляд женщины и трактирщика. Уорн рукой запрокинул вьющиеся пряди липких волос обратно, открывая взору хозяев его благородное лицо и орлиный взгляд. Сейчас он был трезв. Мужчина махнул рукой в сторону трактирщика, выставил указательный палец кверху.
- День, Кхазарис. У меня есть еще день. После вы не увидите мою рожу никогда, - драконоборец не спускал взгляда с трактирщика, тот кивнул и довольно улыбнулся. Жена перестанет ворчать. Она давно настаивала, что бы муж вышвырнул Уорна, мол им такие постояльцы не нужны. Но трактирщик был предан своему делу и если он начнет выбирать себе клиентов, так обанкротиться в скором времени. Поэтому таким капризам жены не внимал. Они Уорна терпели ровно столько, покуда он им платил. После такого жеста, бывший боец с драконами отправился вверх по деревянным скрипучим ступеням в свою комнату. Он отворил дверь, с абсолютным беспристрастием заметил, как по его постели пробежалась мышь, которая поспешила скрыться в одной из своих нор. Почувствовала, что в комнате кто-то появился. Мужчина прикрыл за собой дверь, сделал всего пару шагов и присел на кровать, что стояла у окна. Уорн сложил руки под подбородком и, всматриваясь вдаль размышлял, куда дальше отправится. Иногда, у него появлялись просветы и «обрубок человека» начинал корить себя за то, во что превратился, а в голове постоянно всплывали слова друга, что он должен жить дальше. Но с каждыми подобными думами, когда мужчина пытался отыскать стимул для жизни, он возвращался мысленно к боли, которую топил в алкоголе, а образ любимой возникал пред глазами, стоило только погрузиться в прошлое. И сейчас ясный взор трезвых голубых глаз устремились вдаль, но видел лишь расплывчатый образ желанной женщины, которая раньше была для него всей жизнью. Но спокойные умиротворенные картины изменялись ужасом её смерти, а ненависть к себе возвращалась. Рука потянулась к бутылке со спиртным, что всегда стояла здесь. Уорн сделал глубокий глоток, почувствовав, как пьянящая влага разливается внутри, он прикрыл глаза, а образ постепенно растворялся. И так глоток за глотком. Драконоборец опустошил бутылку и откинулся на подушку. Музыка собственных мыслей закончилось, пальцы, что крепко держали опустевшую бутылку, разжались, воин уснул. Он проснулся от того, что в его окно залетел камень и гулко упал на пол. Уорн молниеносно встал. Всё-таки военная выдержка, он еще не пропил все свои навыки. Мужчина резко поднялся. Услышав детский смех, выглянул в окно, после чего проказники детишки рассмеялись еще громче.
- Проваливайте! – крикнул драконоборец. Дети скорчили ему рожи и разбежались, когда через заднюю дверь во внутренний дворик вышел хозяин и разогнал ребятню. Они мешали постояльцам.
От сна мужчина не почувствовал никакого удовлетворения. Хотя, в последнее время он спал-то редко, потому что не ощущал никакой разницы и редко мог уснуть в трезвом состоянии. Уорн умыл вспотевшее от жары лицо, а затем присмотрелся в собственное отражение на глади воды. Ему не понравилось то, что он узрел. Мужчина уже не видел себя. Он опрокинул миску и запустил руки в волосы. Работа на поле спасала его от подобного. Теперь он вновь будет мучиться, пока не найдёт чем еще себя занять.
Сегодня последний день и комната вскоре станет принадлежать кому-то другому. Уорн собрал все свои пожитки. Многого с собой мужчина не носил. Он накинул на плечо черную кожаную накидку, поднял меч, который валялся в совершенно противоположном углу от ножен. Вложил в них оружие, затем поднял еще с другого конца кинжал, спрятал в поясе. Меч аккуратно поставил у входа, что бы просто войти и забрать его, следом спустился вниз.
Драконоборец снова заказал самое отвратительное и горючее пойло, которое точно за несколько бутылок убивало его трезвость и ясный разум. К вечеру Уорн сидел в тёмном углу таверны, допивая остатки бутылки, пошатываясь и глядя перед собой. Он слышал, что о нём говорили. Но воину было плевать. Завтра он отсюда уйдёт и его забудут. Очередной стакан и взгляд в пустоту, но вдруг перед ним образовывается образ прекрасной девушки. Она говорит, только Уорн не сразу воспринимает происходящее. Только что он сидел в полном одиночестве, теперь она перед ним. Еще несколько мгновений и драконоборец четко видит тёмные алмазы её красивых глаз, что заинтересовано взирали на него. Он прикрыл глаза, медленно потерев их, а затем внимательно посмотрел на красавицу.
- У тебя взгляд того, кому осточертела эта жизнь, - сказала она. Уорн хмыкнул, при этом взял стакан и опустевшую бутылку. Он хотел налить пойла, но заметил, что оттуда ничего не льётся. Тогда мужчина невозмутимо наклонился, из-под стола извлек третью такую же бутылку. Со временем Уорн стал отличным алкоголиком, и если сначала было достаточно одной, затем второй, то со временем он находил утешение только после третьей бутылки. Жидкость налилась в стакан. Нечаянно мужчина пролил мимо, ибо движения его уже были не столь четкими. Затем отпил и лишь после вернул опьяневший взгляд к девушке.
- Хочешь? – протянул он ей чарку, пошатываясь. Но красавица не приняла питьё. Уорн остался доволен таким раскладом дел, ибо любил пить в одиночестве. Он не мог понять, что ей понадобилось от него? Сидел вроде в самом неприметном углу и все местные девки знали, что флирт с ним равносилен оплодотворению быка. – Не местная.
Скорее себе, нежели ей сказал мужчина.
- Но мне известно будущее, и я могу открыть его тебе. Вдруг найдется, ради чего жить? – после небольшой паузы темноглазая красавица возобновила диалог. Уорн, который в данный момент подносил стакан к губам, застыл и поставил стеклянный сосуд на стол. Он впился в неё взглядом, поджав губы. Не мог понять – она издевается над ним что ли? Затем бывший драконоборец усмехнулся.
- Если ты пришла предложить мне себя – проваливай. Ты новенькая, я вижу. Тебе стоило поинтересоваться у своих подружек, с кем бывает выгодно.
Уорн опрокинул содержимое стакана в себя залпом и лишь после этого, когда образ сидящей напротив девушки стал четким, потому что теперь мужчина взирал на неё не через стекло рюмки. Воин увидел возмущение на её лице и тогда еще внимательней взглянул на неё. «Нет, на девок легкого поведения не похожа». Тогда мужчина вдохнул побольше воздуха и преклонился через стол ближе к незнакомке, дыхнув на неё ароматом всего того, что он испил за вечер.
- Что тебе нужно? – спросил мужчина, впившись соколиным взглядом прямиком в тёмные глаза девушки. Затем откинулся обратно на спинку стула и скрестил руки на груди.  - Я хоть и пьян, но даже это не мешает мне разглядеть, что ты чего-то от меня хочешь. И не нужно бросать мне пыль в глаза своими видениями о будущем. Скажи еще, что меня ждёт великая судьба, какое-то чертово предназначение и всё в этом духе, как обожают говорить подобные тебе. Или денег хочешь?
Мужчина сорвал с пояса мешочек с оставшимися монетами и бросил на стол прямиком к незнакомке.
- Забирай и проваливай, - Уорн встал из-за стола с бутылкой в руках. – Но не смей втирать мне всякую чушь о будущем, которое ты якобы видишь, красавица!
После этих слов драконоборец пошатываясь, ощущая на себе взгляды всех посетителей трактира, отправился к выходу. Кстати, к двери он добрался успешно, но только вышел за пределы душного здания, когда глотнул свежего воздуха, перед ним словно весь мир завертелся.
- Ухожу отсюда, - буркнул Уорн, позабыв о том, что наверху оставил свой меч. Он смог еще преодолеть несколько шагов и зайти за угол таверны. Отпил еще глоток с бутылки, пойло ударило ему в голову и мужчина повалился с ног лицом прямиком в землю. На удивление она его встретила мягко, впрочем, как всегда. Некогда великий драконоборец вырубился прямо на углу трактира лицом в грязь, не в состоянии подняться на ноги. И только сейчас Уорн почувствовал, как отяжелели его веки, а конечности набились свинцом.

+4

5

Уорн, очевидно, принял ее за джинна из бутылки, что немудрено: из остатков того пойла, какое подавал трактирщик нелюбимым посетителям, можно было вытащить стадо единорогов, не только исполнительного духа. Протерев глаза, он снова перевел взгляд на Оникс, но та и не думала исчезать, продолжая сканировать его взглядом. Отталкивающий внешний вид драконоборца не скрывал ни его статной мужественности, ни точеных черт лица, в то время как за мутным взглядом таились ум и горе, которым Уорн был полон до краев. Женщина встречала таких людей, на них обычно общество ставило крест, считая опустившимися и ни на что не годными. Но возвращаются с той стороны жизни, неужели вернуться из-за черты пьянства сложнее? В мире богов и королей - да. Всегда можно выторговать у бессмертного услугу в обмен на возвращение статуса "живой" - у дядюшки Аида гостит весь Олимп по очереди - а забыть тревожащие душу чувства просто так не получится. Хорошо, что у жрицы Геры не было проблем с совестью и моралью, порадовалась она в который раз, глядя на то, как Уорн трясет бутылку в надежде извлечь еще пару капель, а после невозмутимо наливает из припрятанной целой.
- Трактирщик знает про нее? - поинтересовалась она, опираясь локтями на засаленную столешницу и кладя подбородок поверх сложенных кистей рук. Отпив, Уорн предложил кружку ей, но Оникс покачала головой:
- Такую дрянь я не пью и тебе не советую. Превращает любого здравомыслящего человека в животное. Хотя, судя по тому, что ты еще не свалился под стол, роль этого "напитка богов" преувеличивают.
Похоже, следовало ограничиться короткими предложениями: внимательно прослушав реплику, драконоборец выдал соображения совсем на другую тему, лаконично констатировав принадлежность собеседницы к типу чужестранцев.
- Как и ты, - брюнетка пожала плечами. - Покажи мне, кто из этого сброда местный, - и правда: этим вечером в таверне собрались все известные национальности: смуглые египтяне с ястребиными носами, светлоглазые северяне, темнокожие нумидийцы, словно порт на время перенесли в это захолустье. Но после фразы про будущее Уорн сконцентрировался, его реакция отвлекла Оникс от созерцания пьянчуг.
- Я похожа на проститутку?! - голос ее звучал ровно; несмотря на это, возмущенные нотки в нем легко читались. Драконоборец уловил их, восхитив женщину: она после такого количества выпитого свое имя забудет, не то, что как слова формулировать. Впрочем, нет, имя ей уже не понадобится - ее не откачают просто-напросто.
Перегнувшись через стол, Уорн дыхнул на Оникс алкоголем, отчего она сморщила нос - однако оказавшиеся совсем близко голубые глаза заставили через секунду забыть о дискомфорте. Жрица потерялась в них и не сразу услышала вопрос. Пока она размышляла, как покороче донести суть, мужчина отцепил от пояса кошель и швырнул его через стол. Прервать его гневную тираду не было никакой возможности, да и посетители стали оглядываться на громкий разговор, что вызвало у Оникс досаду: часы маскировки - коту под хвост. Или дракону, принимая во внимание хобби собеседника. Вернув к нему взгляд, она обнаружила его спину - забрав бутылку, Уорн направился к выходу.
"Цербер тебя задери!", - ругнулась брюнетка, одергивая плащ и спешно поднимаясь с места.
К счастью, мужчину не пришлось долго искать: выйдя на улицу, жрица успела застать момент приземления в объятья мостовой и спросила себя, нужно ли ей это все. "Власть нужна", - призналась она себе со вздохом. Ради нее и не на такие жертвы пойдешь.
- Будешь мне должен, - проворчала женщина, возвращаясь в трактир. - Плачу вдвойне, если твои парни дотащат Уорна, который решил отоспаться за углом, до его комнаты и принесут ведро холодной воды.
- А тебе-то что? - при виде монет глаза трактирщика загорелись, а руки сами потянулись проверить их на зуб, но он сделал над собой поистине героическое усилие и отвернулся. - Его срок аренды комнаты закончился, пусть валит. Не нужны нам здесь такие.
- Запиши на мое имя. У меня дело к нему, шевелись. Не поверю, что тебе не нужны деньги, - для пущей убедительности Оникс покатала в ладони динары - фальшивые, само собой, о чем мужчине знать не полагалось, - и подняла на свет. Долгие мгновения тот колебался, после выхватил их из ее руки и проворно засунул в карман передника.
- Симос, Ахилл, заберите этого пьяницу и отнесите наверх, - выскочившие на зов хозяина сморчки с трудом бы подняли, по мнению Оникс, мешок с мукой (особенно Ахилл), но она промолчала: уронят Уорна с лестницы - быстрее придет в себя.
Несмотря на субтильность, юноши довольно быстро дотащили драконоборца до номера и уложили на кровать. Следующим заходом занеся ведро, они оставили Оникс один на один со спящим.
- Ну что, воин, пора просыпаться, - одним махом вылив на голову брюнета ведро, жрица предусмотрительно отступила назад. Пропустив мимо ушей поток ругательств, она осмотрела комнату, отмечая отсутствие скарба и прислоненные к двери ножны.
- Очнулся? Хорошо. Это, кажется, твое, - кинув на кровать тяжелый мешочек, брюнетка скрестила руки на груди, прислоняясь к косяку. - Ты прав, я не вижу будущее, оно мне без надобности. Я и так могу рассказать о твоем завтрашнем дне. Ты придешь в очередной город, наймешься работать в поле, а вечерами будешь заливать грусть-печаль в самой дешевой забегаловке. В один из дней пустишь в ход кулаки, потому что у тебя еще осталась гордость, тебя выгонят, и все начнется заново. Если тебя устраивает, я, конечно, могу уйти, - Оникс сделала паузу. - Но у меня есть для тебя более интересное предложение. Мне нужен драконоборец. Мне нужен ты, Уорн.

+5

6

Он не видел никаких снов. Так бывало всегда, когда Уорн напивался до беспамятства. А промышлял подобным практически ежедневно, особенно, когда у него отнимали работу. Работа на поле выматывала драконоборца, ибо он не щадил себя, работал с утра до самого вечера под палящим солнцем, прерываясь лишь на то, что бы попить воды. Теперь работы нет, нет того, что могло бы заставить организм измотаться и не дать проникнуть в голову вредным мыслям, которые приводили к самоуничтожению. Теперь Уорн запил, очередной день привел к пьяному беспамятству и не важно, что приземлился он за углом трактира. Он не ощутил ничего, когда его куда-то потащили, только издали мозг попробовал подать некий сигнал и бывший драконоборец невнятно что-то пробурчал. Возможно, ругательства, ибо нарушили его покой. Но невнятный звук – это всё, на что хватило мужчину. Дальше ничего, сон настолько крепкий, что наутро Уорн бы утверждал сам себе, что напился на славу и наконец-то его мозг отключился и дал ему отдохнуть.
Мужчина мигом проснулся, когда почувствовал удар холодной воды. Живительная влага хлестанула в лицо и растеклась по всему телу. Он моментально вскочил. Из-за столь резкого движения в голове словно поселился гвоздь, который кто-то яростно забивал молотком. Воин схватился за голову правой рукой, левой оперся о край кровати и на мгновение прикрыл глаза. Мелкие капли стекали с волос прямиком на вырез у груди, а черная рубаха неприятно запахла после контакта с водой. Для того, что бы прийти в себя Уорну хватило всего нескольких минут тишины. Он много пил и от похмелья хоть и страдал, но с каждым разом переносил это намного проще.
- Какого демона, мать его! – на удивление спокойно выругался мужчина. Он помнил, что вышел из трактира, но как попал обратно  - для него оставалось загадкой. И что было до момента отключки, мужчина тоже смутно помнил.
- Очнулся? Хорошо, - прозвучал женский голос. Уорн отнял руку от головы, теперь двумя оперся о край кровати и медленно усталым полупьяным взором глянул на ту, которая нарушила тишину. Мужчина непонимающе нахмурился. Вопрос так и застыл в его взгляде. Это он еще не пришел в себя, поэтому довольно спокоен. - Это, кажется, твое.
Девушка, чертовски привлекательная, стоит заметить, бросила на кровать мешочек с деньгами. Уорн ловко его поймал на лету. И только материя, скрывающая деньги коснулась его ладони, мужчина тут же стал вспоминать вчерашний вечер.
- А, это ты, - сказал он и медленно поднялся с постели, потирая обеими руками лицо.
- Ты прав, я не вижу будущее, оно мне без надобности. Я и так могу рассказать о твоем завтрашнем дне. Ты придешь в очередной город, наймешься работать в поле, а вечерами будешь заливать грусть-печаль в самой дешевой забегаловке. В один из дней пустишь в ход кулаки, потому что у тебя еще осталась гордость, тебя выгонят, и все начнется заново. Если тебя устраивает, я, конечно, могу уйти, - сказала незнакомка. Уорн отнял руки от лица и покривился.
- Да, проваливай! – он даже сделал несколько шагов в сторону двери и отворил её, а жестом указал на выход. Только вот он еще не осознал всей действительности, срок его аренды истёк, комнату оплатила она. И он не вправе выгонять девушку. Но разве мозг все еще полупьяного мужчины способен размышлять настолько глубоко?
- Но у меня есть для тебя более интересное предложение. Мне нужен драконоборец. Мне нужен ты, Уорн, - незнакомка не сдавалась. Одним движением руки драконоборец захлопнул дверь обратно. Пытливый взгляд уставился прямиком на неё. Она выглядела уверенно, величественно, будто внутри неё теплилась какая-то сила и превосходство над остальными. Но не над ним. Мужчина опустил взор к полу, еще раз вздохнул, вновь ощутил запах собственной одежды. Тогда Уорн снял рубаху, бросил её на кровать и прошел мимо девушки к столу, где стоял небольшой тазик с водой. Уорн запустил туда руки и, набрав в ладони воды, ополоснул плечи, затем умылся. Взял рядом лежавшую жесткую тряпицу, вытер лицо и руки, тогда обернулся, представляя взору красавицы разукрашенный огромными шрамами торс.
- С чего ты взяла, что мне будет интересно? Я давно бросил это дело, - Уорн сделал паузу, пытаясь прогнать вновь назойливо рвущийся в памяти момент смерти жены. – Откуда ты вообще взялась?
Воин прошел мимо девушки к постели, куда бросил свою рубаху. Её стоило ополоснуть. Не обращая внимания на теперешнюю владелицу комнаты, мужчина взял одежду, тогда вновь пошел к табурету, где стоял таз с водой. Уорн повернулся спиной к незнакомке, забросил туда рубаху и ополоснул её.
- Слушай, я не знаю, кто тебе рассказал обо мне, но я не тот человек, который тебе нужен. В мире есть еще полно драконоборцев, поспрошай у них. А меня оставь в покое, - последнюю фразу мужчина произнес на удивление мягко, в отличие от всего остального. Оставив рубаху мокнуть в воде, Уорн обернулся. – Ты обратилась не к тому.
В этот момент руки мужчины легли на пояс, где обычно покоился его кинжал в небольших ножнах. Но оказалось, что пояс пуст. Уорн растеряно глянул вниз, словно утерял самое дорогое. Несколько раз забавно ощупал себя и глянул на незнакомку.
- Где он? – острый взгляд голубых глаз мелькнул весьма недоброжелательно, именно так проявлялась ярость мужчины сначала. – Куда делся мой кинжал? Кто меня сюда притащил!?
Если бы это была обыкновенная безделушка, мужчина даже не стал бы переживать. Но этот кинжал был дорог ему, ибо он необычен, он сделан из обломка вулкана, закаленного драконьим огнём. Такой кинжал уже нигде не раздобыть, и второго такого в мире нет. И что выходит, Уорн его утратил? Драконоборец готов убить за этот кинжал. Подарок жены на первую годовщину свадьбы. Еще чуть-чуть и Уорн набросится на девушку. Он сам не заметил, как преодолел расстояние между ними, сократив его на минимум и грозно сопя, смотрел на неё. Руки мужчина не протянул. Обнаружив, что кинжал пропал, он протрезвел окончательно. Ноздри Уорна тяжело раздувались, будто он изрыгнет сейчас пламя, подобно дракону. Не зря в детстве и юности он обожал огнедышащих, понимал их, умел с ними общаться. Может, потому что по нраву был похож на тех, кого стал ненавидеть больше всего на свете.

+4

7

Будила мужчину с помощью ведра воды Оникс впервые, поэтому с интересом наблюдала за его реакцией с безопасного расстояния, надеясь, что трехногий табурет не долетит до двери - буйный нрав Уорна оставлял место для всяческих сюрпризов, это жрица уже поняла. Когда драконоборец обхватил рукой голову и оперся о кровать после резкой попытки встать, в ней даже шевельнулась жалость (похмельем и боги страдают, что говорить о людях), но не такая сильная, чтобы озаботиться облегчить его головную боль. Некоторое время брюнет смотрел на нее, прогоняя винные пары, пока Оникс не надоело выступать манекеном, и она не нарушила тишину. Мешочек Уорн поймал на удивление ловко - мастерство, как говорили старики, не пропьешь - и женщина улыбнулась, убеждаясь в очередной раз, что именно он ей и нужен.
- Я, - коротко ответила она, гадая, даст ли воин ей договорить или пригласит прогуляться от комнаты подальше. Получилось и то, и то: дослушав по паузы, он открыл дверь и выразительно указал на лестницу. Но уже следующая фраза брюнетки заставила его проделать те же действия в обратном порядке и смерить ее изучающим взглядом. А дальше Уорн молча стащил с себя рубашку, открывая взгляду Оникс натренированные плечи, переходящие плавным изгибом в мужественную спину, и прошествовал к столу, где находился таз для омовения. Умылся, полил водой на шею, вытерся подобием полотенца и лишь тогда повернулся к жрице. Грудь его пересекали ужасные шрамы, которые сразу же притянули к себе взгляд последней. Женщина слегка прищурилась: Уорн настолько не смущается ее присутствия или демонстрирует "товар лицом"? И все же, несмотря на боевые отметины, телосложением драконоборец не уступал античным гимнастам - стройный, подтянутый, сильный, он все больше заинтересовывал Оникс как мужчина. Нагло пробежав глазами по рельефу груди, она посмотрела ему в глаза.
- Бывших героев не бывает, - брюнетка покачала головой. - И если ты меня еще не прогнал из моей комнаты, значит, заинтересован. Готова спорить, что не так часто здесь вспоминают о твоих заслугах перед народом Греции.
– Откуда ты вообще взялась? - полувздохнул-полупроворчал Уорн, и Оникс почувствовала, что любопытство начинает в нем побеждать. Его отыскали, попросили помочь - лестно, а лесть любят все, вопрос в ее количестве.
- Из Трои. Бывал там? - просто ответила она. Разговор с замкнутым по первому впечатлению мужчиной строился легко, это радовало. Наблюдая за забавной попыткой постирать рубашку, Оникс усмехнулась - благо, он не заметил - и на ум пришла мысль, что с деньгами у Уорна, видимо, еще хуже, чем кажется. "Может, это его счастливая рубашка", - впрочем, стоило синим глазам обратиться к карим, шутки сами вылетели из головы.
- Не поверишь, искала долго, нашла тебя одного, - жрица фыркнула. - Не каждый хочет ускорить встречу с Аидом общением с крылатыми чешуйчатыми тварями. Быть драконоборцем непросто, такое ремесло заслуживает двойного уважения. И двойной оплаты.
Душой Оникс не кривила: она правда считала таких людей героями, хоть и не понимала прелести геройства. Подставляться первым под удар, не получать иной благодарности кроме проклятий от тех, кого не спас, вечно находиться вдали от родных и друзей - лучше оставаться в тени и не корчить из себя мессию.
Внезапно Уорн нахмурился, ощупывая себя, и Оникс догадалась, чтО он ищет.
- Кто? - она состроила непонимающее лицо. - Потерял что-то?
– Куда делся мой кинжал? Кто меня сюда притащил!? - драконоборец начал злиться. В два шага он сократил расстояние между ними и теперь стоял совсем близко. От этой близости у жрицы перехватило дыхание, а щеки загорелись. Чтобы не выдать себя, она отвела глаза, шаря под будто бы случайно открывшей округлый свод бедер полой плаща и доставая из-за пояса искомый предмет.
- Ты об этом? - отведя руку в сторону за секунду до того, как на ней сомкнулись тонкие пальцы, Оникс неторопливо вытащила клинок из ножен и осторожно коснулась лезвия. - Необычный. Наверное, такой непросто достать, - темные глаза сверкнули. - Эти  отметины... - перекладывая кинжал в левую руку, брюнетка сделала крохотный шаг вперед. Ладонь ее нежно накрыла шрамы и легким поглаживающим движением прошлась вдоль их линии. - Их оставил тебе дракон? Как тебе удалось выжить?
Она была серьезна. Глядя снизу вверх в синие глаза с длинными ресницами, жрица на миг забыла о своей цели и захотела узнать загадочного драконоборца ближе. Настолько, насколько он позволит. Или еще больше.

Отредактировано Oniks (2016-01-21 21:00:26)

+4

8

В который раз Уорн задавал себе вопрос, откуда эта женщина вообще взялась? Что она от него хочет? Хотя, стоит заметить, что подобные глупые вопросы отошли на второй план, когда к осознанию мужчины пришел тот факт, что красавица, стоявшая перед ним, которая нахально вторглась в его пьяное пространство раздражает Уорна с первых минут появления в его жизни.
Теперь он смотрел глазами зверя, который сдерживает себя прямиком на кинжал, что так игриво держала в руках незнакомка, даже не осознавая, с какими огнём она сейчас ведёт игру. Или осознавала? Может, того и хотела. Драконоборец готов был вырвать кинжал у неё из руки, это можно было сделать просто. Но, несмотря на то, что сам мужчина уже давно плавает в сточной канаве, не желая оттуда вылезать, всё же остатки достоинства и воспитания он не растерял.
- Ты об этом? – Уорн так сильно сжал пальцы на её запястье, что через прикосновение ощущал, как по жилам девушки течёт кровь. - Необычный. Наверное, такой непросто достать.
Уорн еще сильней сжал пальцы на её запястье, после чего резко отпустил руку и тяжело вздохнул, отводя взгляд в сторону. Мужчина, который обычно терпением не отличался, во многих случаях теперь использует все нерастраченные возможности в плане терпения. Тёмные глаза незнакомки ярко блеснули. «Играет, чертовка!» - подумал Уорн. И буквально через мгновение то немалое расстояние между ними сократилось по воле девушки. Она находилась очень близко, что бы назвать подобную дистанцию приличной. Ладонь её коснулась шрамов на груди и мужчина напрягся. Прикосновение было тёплым и даже приятным. Уорн уловил манящий запах, она пахла мускатным орехом и чем-то еще. На мгновение мужчина забылся, а под устало прикрытыми веками появился образ погибшей жены, её ладонь… Целебные и нежные прикосновения способны были дарить ему мгновения, минуты, часы блаженства. Но она погибла еще до того, как он получил подобные шрамы.
- Эти  отметины... Их оставил тебе дракон? Как тебе удалось выжить?
Драконоборец резко распахнул глаза. Вернулся в реальность. Всего мгновение он молча смотрел в глаза незнакомке. Она была серьезна, возможно, впечатлена этими грубыми отметинами на его теле. Память о той боли, которую он не имеет права забыть.
- Довольно, - Уорн аккуратно убрал ладонь красавицы, которая осторожно изучала огромные шрамы на его груди. В этот момент, коснувшись пальцев девушки, он аккуратно забрал кинжал, при этом глянул на неё, а тогда медленно отошел к тазику, в который забросил рубаху, что бы ополоснуть. Он запустил обе руки внутрь, что бы простирнуть одежду. Кинжал Уорн спрятал в ножны. – Зря ты меня искала.
В итоге заключил бывший драконоборец. Он извлек из таза свою рубаху, отряхнул – крупные капли посыпались на пол, тогда сделал несколько шагов к окну и вывесил  её на подоконник, предварительно зацепив, что бы ветром не унесло. К счастью солнце сегодня жарило и ветра практически не было, рубахе достаточно было всего несколько минут, что бы просохнуть.
- При первой нашей встрече ты, кажется, хотела мне погадать или что-то в этом роде. Так вот, мне не нужна гадалка – я прекрасно знаю своё будущее. Либо я сдохну в какой-то канаве от переизбытка спиртного в организме, либо меня забьют до смерти опять же, потому что я буду пьян. Или же я доживу до старости при огромной удаче, которая, кстати, мне не нужна, осяду в каком-то городке или селении, буду каждый вечер приходить в таверну и пить по привычке, пока в один день на моём пороге не появится какой-то молодой пацан, желающий обучится ремеслу драконоборца. И от нечего делать я таки старый ворчливый дед приму парня и стану его учить. В результате погибну либо я, либо мой ученик. Как судьбы распорядятся, если в этом мире бардака они всё еще есть, - Уорн иронически улыбнулся. Он упёртый, слишком упёрт, что бы так легко взять и собраться в поход для истребления крылатого чудища. К тому же сейчас очень редко можно было встретить драконов. Еще до войны они практически все улетели в дальние края, в страну драконов, где не было ни единого человека. А после войны воин и того ни одного не встретил. И слава богам, он ненавидел крылатых ящериц и не имел желания встречать их, собственно говоря, как и уничтожать. От него прежнего остались лишь догорающие угли. И только одной судьбе известно, что именно могло бы заставить вернуться мужчину на прежний путь.
Жена хозяина трактира не унималась. Всё это время она ходила за мужем по пятам и причитала, что он позволил Уорну остаться. В результате трактирщик не выдержал:
- Что я мог сделать, та женщина купила комнату, я не мог ей отказать! - развел руками он.
- Правильно, комнату взяла она. Но их там двое. Значит, плату нужно брать за двоих. Тебе стоит подняться туда и потребовать деньги с Уорна. Если он заплатит, я успокоюсь. Дорогой, будь добр, убери этого пьянчугу с порога моего дома!
Жена поставила четкий ультиматум Кхазарису. Он тяжело вздохнул, бросил тряпки, которыми вытирал стойку. Снял фартук и пригласил с собой на всякий случай двоих ребят. За время пребывания Уорна в его трактире, хозяин повидал на что способен воин будь он пьян, а когда трезв – и того страшнее.
В дверь постучали. Уорн посмотрел на девушку и кивнул ей, что бы она открыла. Вышло неосознанно. В дверях стоял хозяин с несколькими своими вышибалами, которым ни разу не удалось вышибить Уорна из трактира, если бывала драка. Мимо с корзинкой белья так будто невзначай прошлась жена хозяина. Она заприметила, что Уорн без рубашки находится подле Оникс:
- Срам! – и после брошенной ею многозначительной фразы, которая должна была подтолкнуть её мужа к действиям, скрылась в коридоре.
- Дражайшая, вы оплатили комнату за себя, но я смотрю, ваш гость до сих пор с вами и не собирается удаляться, я должен потребовать плату и за него, либо вам обоим придётся покинуть моё заведение.
Прежде, чем гадалка успела что-либо ответить, Уорн широким шагом пересел комнату и оказался у порога. Драконоборец положил руку на плечо хозяину и тот вздрогнул. Другая рука легла на пояс, Уорн улыбнулся.
- Не стоит Кхазарис, - мужчина убрал руку с плеча хозяина. – Я ухожу.
Трактирщик оказался доволен таким ответом, более чем. Всё шло, как по маслу. Он поспешил удалиться вместе со своими людьми. Уорн закрыл за ним дверь и не глядя на красавицу, мелькнул мимо неё. Снял с подоконника уже практически подсохшую рубашку, надел на себя. Затем всё остальное и наконец, пристегнул к поясу меч.
- Я благодарен, что ты оплатила для меня комнату, - Уорн замкнулся. Он понял, что так просто уйти теперь совесть не позволит. Он должен вернуть ей деньги. Но за плечами у него ни гроша. Последнее он истратил на выпивку. У самого выхода мужчина остановился и глянул на девушку. – Деньги я тебе верну.
Звучит так, будто драконоборец сейчас старается убежать от неё, что бы потом найти, потому что непременно желает встретиться вновь.
Он поспешил удалиться. Мужчина ушел, спустился вниз и даже не попрощался с хозяевами. Драконоборец сам не заметил, как остановился неподалеку, погруженный в свои мысли. Уорн задумался. Где деньги взять? И как он потом сможет отыскать её? И тут же в памяти всплыли слова гадалки про двойное вознаграждение. Воин про себя чертыхнулся. У него нет иного выхода, либо уйти и остаться навечно в должниках у малознакомой женщины, или отдать ей долг, сделать то, зачем она сюда пришла. Мужчина поджал губы и едва удержался от прочих жестов ярости. Прошло несколько минут, и он вернулся обратно, игнорируя крики трактирщика и его жены, прошел наверх и нагло распахнул дверь. Ему показалось, что красавица с места не сдвинулась, будто знала, что всё именно так и произойдет. Драконоборец закрыл за собой дверь прямиком у носа преследовавшего его Кхазариса.
- Ты говорила о каких-то крылатых тварях. Есть проблемы?

+4

9

Оникс вела игру, и Уорну не нравилось покорно следовать ее правилам. Мужчина замер в напряжении, перебарывая отнюдь не джентльменские желания, но ощущение опасности раззадоривало тем сильнее, чем глубже становилась синева его глаз. Брюнетка шутила с огнем: глупо было полагаться на остатки чести в нелюдимом воине, чья жизнь  состояла преимущественно  из темных полос, а разум вот уже долгое время заливался вином. При мысли, что Уорн может с ней сделать в этой комнате, становилось не по себе - все-таки Оникс была ниже драконоборца на голову и совсем не умела драться - но жрица не позволила себе показать страха. Рука занемела, наверняка останутся синяки, но женщина не отводила  взгляда, лишь тяжело задышала, заталкивая крик подальше. Учениц верховной богини "дрессировали" по полной - Гера славилась суровостью, если не сказать жестокостью. Были и горячие угли в ладони, и голод, и побои... Тем не менее, хочешь научиться причинять боль - испробуй на собственной шкуре, куда лучше ударить и как.
Наконец стальные пальцы разжались, и Оникс облегченно выдохнула, растянув губы в соблазнительной улыбке. Драконоборец не торопился отвечать на вопросы, но и руку с груди сразу не сбросил - хороший знак. Он прикрыл глаза, позволив продлить обоюдно приятное прикосновение еще на две-три секунды, чего жрице для "пробного шара" было вполне достаточно. Поэтому, когда Уорн опомнился и настойчиво, но гораздо мягче отодвинул ее ладонь, она не расстроилась. Неинтересно выигрывать с первого хода. Сдайся мужчина сразу и поцелуй ее, к примеру, она бы, может, и ушла, но теперь, когда он продемонстрировал силу воли и убеждений, Оникс была готова побороться. "Ты будешь моим, драконоборец, - жаль, мужчина отошел к кровати и не видел хищного огня в карих глазах. - Никто еще не устоял, ты не станешь первым". Брюнетка хорошо умела завлекать гордых красавцев. Все они в обществе женщин думали не головой и наивно полагали это незаметным.
Пальцы хранили воспоминание о гладкой коже с выпуклыми отметинами шрамов, и Оникс осознала, что была бы рада провести рукой чуть дальше, к шее воина, коснуться подбородка, губ... Тряхнув головой и запретив себе подобные мысли, она смотрела за его действиями, отмечая редкую хозяйственность. То, как Уорн против воли отреагировал на ее смелый жест, наводило на подозрения о неудачной истории любви. Значит, была женщина, которая сделала больно, и боль эта жива до сих пор. А раненое сердце больше других нуждается в тепле и ласке. Всего-то и нужно, что перекрыть прошлый образ и поощрить природные инстинкты.
- Неужели такая судьба тебе по нраву? Ну спроси себя, - Оникс развела руки в стороны, - ты прожил треть жизни ради этого? Ради нищеты и пьянства? Я не поверю, что ты так низко себя ценишь. Или просто не желаешь просить у богов большего из страха, как бы потом не отняли с процентами? Бессмертным есть дело до людей, пока те представляют для них интерес, Уорн. Я не знаю тебя, но уверена: ты заслуживаешь большего, чем это, - она указала на подоконник, где сохла рубашка.
В дверь постучали. Мужчина кивнул Оникс, на что она выгнула бровь, как бы говоря "я тебе не служанка", но дверь все же открыла. На пороге показался хозяин с теми двумя парнями - Ахилл и Симос, кажется. Фоном маячила жена трактирщика - караулила тыл и отрезала отступление.
- Срам! - наградив открывшуюся ей картину сим многозначительным эпитетом, она гордо удалилась. Жрица насмешливо посмотрела ей вслед, затем - на мужчин в дверях. Но Уорн не дал ей ответить и коротко сообщил, что проблема исчерпана: он уходит. Трактирщик со свитой скрылся с глаз, довольный, а драконоборец, старательно делая вид, что Оникс в номере нет, принялся облачаться в уже высохшую рубашку - спасибо греческому лету. Ловко вставил меч в ножны, защелкнул на поясе перевязь, пригладил волосы. Женщина ждала.
- Я благодарен, что ты оплатила для меня комнату, - долгая пауза. – Деньги я тебе верну.
- Вернешь, - согласилась брюнетка. - Но можешь принять мое предложение, тогда мы в расчете, а ты в прибыли. Подумай, - пока ему не стоит знать, что монеты фальшивые. Вопрос времени, когда ушлая баба с тазом обнаружит это, посему лучше, конечно, им здесь не задерживаться.
Уорн послушно удалился думать, но Оникс не пошла за ним - зачем, когда четверти часа не пройдет, как он вернется. Должен, во всяком случае, ибо от этого зависело, ошиблась жрица в попутчике или нет. И ей повезло: совсем скоро на лестнице послышался злой топот, и дверь номера с треском распахнулась, стукаясь об стену. Закрыв ее перед носом трактирщика, мужчина порывисто выдохнул:
- Ты говорила о каких-то крылатых тварях. Есть проблемы?
- Есть. Но лучше обсудить их в другом месте. Идем, - мягко стрельнув взглядом из-под пушистых ресниц, она прошла рядом с Уорном и открыла дверь, отметив про себя, что еще одного такого обращения та не выдержит.
- Что-то не так? - Оникс улыбнулась Кхазарису. - Мы уходим, все в порядке, - проскользнув мимо хозяина, женщина спустилась по лестнице и покинула таверну. Солнце уже стояло высоко - за разговорами и попытками "достучаться" до драконоборца прошла ночь и часть утра. Небо было чистое, к полудню стоило ждать жары, хорошо, у Оникс имелась фляга с водой.
Дождавшись, пока мужчина ее догонит, она неспешно пошла по улице по направлению к реке. В хорошую погоду прогулка доставляла удовольствие, да и на берегу полно тихих мест, где хорошо обсуждать будущие странствия. На крутом спуске женщина слегка оступилась, но удержала равновесие и благополучно приземлилась на траву, расстелив поверх нее плащ и приглашая Уорна занять место рядом.
- Я родилась в Трое, вернее в небольшой деревне близ нее, - начала она, тщательно обдумывая, что сказать. - Потом перебралась в город - хотела научиться музыке, гречанкам ведь положено играть на арфе или лире - а родители продолжали возделывать землю. Они были достаточно состоятельными, чтобы оплатить обучение. Но, как это часто бывает с провинциалами, менять великолепие крупного города обратно на сельскую жизнь не возникло никакого желания, - откинув волосы на спину, Оникс подставила солнцу лицо. - Я отправилась путешествовать. Зарабатывала на хлеб, чем придется, было трудно иной раз, но, в сущности, жизнь неплохая. Отец умер пять лет назад, так и не простив меня за побег, с матерью мы продолжаем поддерживать связь по переписке. Когда нахожусь поблизости, навещаю ее, - теперь самое трудное. - В последнем письме она сообщила, что новый царь Трои с помощью драконьего самоцвета, Артазиуса, решил подчинить себе близлежащие земли, а после - те, что граничат с ними. Только камень этот оказался непростым и стал маяком для дракона. Неизвестно, откуда он взялся, но в один из дней деревню накрыла тень, а после с неба сошел огонь... - жрица помолчала. - Многие умерли, большую часть оставшихся дракон сожрал. Ему нужен Артазиус, царь же собрал армию, чтобы защитить себя и свои амбиции. Дракон, как пишет мама, выжидает, но вряд ли это продлится долго... Если не веришь, смотри, - она вытащила из сумки купленную в незапамятные времена драконью чешуйку. - Нашли рядом с не съеденными остатками, - ее передернуло. - Поэтому мне нужна помощь. И кроме тебя рассчитывать не на кого, - взгляд ее обратился к Уорну.
Большая часть из рассказанного была ложью, чистой воды импровизацией. Но кое в чем Оникс душой не покривила: у царя Трои действительно имелся самоцвет, дающий неограниченную власть над людьми, и жрица Геры не отказалась бы заполучить его себе.       

Отредактировано Oniks (2015-10-18 00:21:07)

+4

10

Свежий воздух и яркое солнце. Уорн поморщился от того, как отяжелела голова. Это состояние постоянно преследовало его, когда он позволял себе быть трезвым. Ужасное состояние, когда все мысли прояснялись и мир выглядел именно таким, какой он есть. Правда, сейчас всё в жизни изменилось. Разница лишь в том, что Уорну плевать на всё, что его окружает. Плевать на беды мира, нападения драконов, о которых он и сам давненько уже не слышал и прочей грязи, что сыпется на жизни человечества. Ему просто плевать. Там, наверху девушка спросила: на это ли он готов потратить оставшуюся жизнь? На пьянство, безразличие и грязь, в которую окунулся с головой. Может, когда-то он чего-то стоил. Был великим драконоборцем, поговаривали, что лучшим среди них. Конечно, Уорн в это не верил, но, в своё время, слава опережала его. И даже сейчас, когда он бросил это дело, окунулся с головой в горе, пытался его запить в разных уголках Греции, слава доходила до него, хоть теперь в несколько иной ипостаси. Многие просто насмехались, потому как, большинство в драконов не верило, поэтому и слава казалась им забавной. Есть повод посмеяться над разбитым и низко павшим человеком.
Теперь с каждым шагом прочь от трактира навстречу свежему воздуху и новым городам, Уорн ощущал огромную тяжесть на душе, которая приходила вместе со свежей головой. Мужчина шел позади гадалки, глядя себе под ноги, в следующий момент приостановился, поправил пояс с мечом. Ему казалось, что каждая безделушка, каждый камень не даёт ему ступить и шагу. Драконоборец приостановился, глянув в спину девушке, которая вела его неизвестно к чему. А главное, как глупо он попался! Вздох воина был похож, скорее, на раздраженное рычание и этого было достаточно, что бы привести его в себя. Уорн чертыхнулся и последовал дальше за обворожительной красоты девушкой. С другой стороны, почему бы не тряхнуть стариной? Одно последнее приключение может действительно навсегда лишить драконоборца душевных терзаний. Не придется заливаться пойлом. Главное, что бы тот святоша, что нашел своим призванием спасать жизнь Уорну и вытаскивать его с того света, не объявился.
Мужчина догнал девушку, как раз вовремя. В следующий момент она оступилась, Уорн  бросился придержать её, но красавица сама справилась с равновесием и не менее грациозно опустилась на мягкую траву, устилавшую берег реки. Уорн прищурился, осознав, что на неё не просто приятно смотреть, что её образ завлекает собой, заставляя забыть обо всём насущном. Оправившись от красоты её стана, драконоборец подошел ближе и уселся возле неё, всматриваясь в блестящие огоньки, плясавшие вместе с течением реки.
- Я родилась в Трое, вернее в небольшой деревне близ нее, - Уорн даже не повернул головы. Не хотел слушать. Ему гораздо легче жилось, когда он меньше знал про окружающих и ни к кому себя не привязывал. Драконоборец знал, что у каждого за плечами своя история и не был уверен, что готов услышать историю женщины, сидящей рядом с ним. Он ведь даже не поинтересовался её именем. Но тем ни менее она говорила, а он внимательно слушал. Вскоре Уорн вообще улегся на спину, пожевывая соломинку, стараясь показать, что ему по большему счету наплевать. Красавица могла заметить, как заметно напряглось тело мужчины, когда она заговорила о драконах. Драконоборец выпрямился и выплюнул соломинку. Взгляд его стал серьезен и проникновенен.
- Артазиус? – переспросил Уорн нахмурившись. – Никогда о таком не слышал.
В данный момент драконоборец перебирал в памяти все свои знания о драконах. А знавал он практически всё и всех. От мала до велика, но никогда не слышал о таком камне. Не найдя в собственной памяти ни малейшей подсказки, Уорн счел, что не стоит на этом зацикливаться. В конечном итоге, мир давно уже не такой, каким был прежде.
- Цари поголовно жадные идиоты. Даже при  нынешнем положении дел. Ему стоило просто отдать этот злосчастный камень, и никто бы не погиб в лучшем случае. Вечно они не могут нажраться. У них есть власть, есть деньги, подчиненные. И всё мало.
Но все равно доверять на слово он не спешил. Мужчина давно ничего не слышал о драконах, да и люди уже позабыли о них. Многие смеялись над ним, когда слава перешагивала через него. Драконов не существует, вторили они и вешали на шею лавры подставного героя. Только ему было всё равно, он в очередной раз заливался пойлом и плевать хотел на идиотов. Счастливые идиоты, которые никогда не встречались с драконом.
Уорн с неохотой взял в руки чешуйку, которую протянула ему девушка. Но смотреть на этот предмет он не спешил. Мужчина внимательно глянул на тёмно-карюю красавицу.
- Ты первая, от кого я слышу о драконах в последнее время. Давно никто не жаловался на них. Люди полагают, что драконы миф. Жаль, что это не так, - заключил мужчина, крепко сжав чешую в руке, едва не сделал себе надрез. Ему хотелось выбросить эту проклятую частичку существа куда подальше. Но он собрал все свои силы в кулак и, наконец, рассмотрел подношение красавицы.
- Нашли рядом с не съеденными остатками. Поэтому мне нужна помощь. И кроме тебя рассчитывать не на кого.
Уорн прекратил рассматривать чешуйку и с отвращением запустил её в воду.
- Это чешуйка не от того дракона, о котором ты говоришь, - мужчина сделал паузу. Он внимательно смотрел на спутницу. – Ты принесла чешую травоядного. Они даже не живут в наших краях. Эти драконы любят влагу и болота.
Драконоборец представил себе дракона, о котором говорит. Перед ним возник образ весьма миловидной рептилии зеленоватого оттенка с длинной пастью, красиво закруглённой в конце. У этих драконов были небольшие крылья, что бы подыматься на самые высокие деревья и в полёте лакомиться листьями. Также у них крепкие ноги, что бы ни утонуть в болотной трясине и небольшой хвост. Хорошие драконы. Уорн еще раз внимательно посмотрел на красавицу. На мгновение, она показалась ему обеспокоена.
- Думаю, твоя мать передала тебе чешую травоядного, его съел хищный дракон, о котором ты говоришь.
Уорн теперь точно счел, что она обеспокоена. Кажется, потихоньку мужчина начинал вспоминать, что переживают люди, которые подвергались нападению драконов. Он подумал, что гадалка волновалась за людей, поэтому решил успокоить. Уорн положил руку ей на плечо.
- Не беспокойся. Как прибудем на место, картина станет мне видна яснее. Позволь узнать, как тебя зовут?
Вот оно, наконец-то спросил! Хотя при этом ощутил огромное желание вновь залить в горло горючее.
- И кто тебе обо мне рассказал?
Подозрения пали на его друга-святошу, или кем он там был. Тот странный человек, подвижный и такой живой. Он несколько раз спасал Уорна от полусмерти и никак не позволял тому уйти в мир иной, даже если этого желал сам драконоборец. Такое впечатление, будто жрец сражался за жизнь убийцы драконов с самим Хароном.

+4

11

Должно быть, на лице Оникс отразилась целая гамма чувств - взгляд протрезвевших аквамариновых глаз стал на мгновение подозрительным. Но выпутываться из лжи не пришлось: Уорн сам ответил на незаданный вопрос. Жрица выдохнула.
- Ты шутишь? - назвать драконоборца шутником не пришло бы в голову и завзятому оптимисту, потому фраза была риторической. - Первый раз слышу, что драконы могут питаться травой... - вернув недоверие той же монетой, Оникс, как и собеседник чуть ранее, сочла в итоге его мнение авторитетным. В конце концов, сама она крылатых огнедышащих ящеров видела только на рисунке. - Ты знаток своего дела, - а, значит, берегись, самоуверенная смертная: непросто будет плести тенета обмана. - Говоришь, драконов было два... Не получится, что к нашему прибытию их число увеличится? - изображать беспокойство получалось неплохо, Уорн проникся и даже накрыл рукой плечо женщины с намерением развеять тревогу - как будто ей было дело до каких-то там жителей. Они и без того сидели близко; потянувшись проявить сочувствие, мужчина оказался еще ближе. Оникс не смутилась, ей, наоборот, понравилось, что он не избегает физического контакта, следовательно - не имеет комплексов в отношении женщин. Ломать принципы, конечно, интересно, но не так, как подбирать ключи к скрытым приличием и добродетелью намерениям. Уорн оценивал ее внешность, почти не таясь, и брюнетка несколько раз поймала его взгляды, в свою очередь изучая  точеные черты его лица и убеждаясь, что вот он - пример созданной богами жизни, в чем грубые, словно из глины слепленные крестьянские лица, заросшие волосами по самые ноздри, иной раз заставляли усомниться.
Благодарно улыбнувшись, жрица вскинула ресницы.
- Оникс. Я уже думала, ты не спросишь, - прозвучало это без кокетства или сарказма. - Никто не рассказывал. Вчера в таверне завсегдатаи в деталях обсуждали твои подвиги, даже имя назвали. Как ты верно заметил, люди считают драконов мифом, поэтому им нет нужды искать защиты у специально обученных воинов. Подозреваю, что ты действительно последний в Греции, - женщина помолчала. - Тебя послали боги в ответ на мои молитвы, - только не о благополучии Трои она молилась, хотя, какая разница: дело-то сделано, Уорн согласился. - Спасибо, что не остался равнодушным. А почему ты не любишь царей? Приходилось иметь с ними дело?
Солнце поднималось все выше, напоминая о лете, и начинало припекать - посмотрев на него и вытерев бисеринки пота с шеи, Оникс вытащила из сумки свернутую трубочкой карту. Закатав в обратную сторону, чтобы уголки не поднимались, она расстелила ее на коленях, разгладила и, прикинув расстояние до пункта "Б", подсчитала время на дорогу.
- До Трои примерно двести миль, если повезет с лошадьми, доберемся за пять с половиной часов. Только сейчас рано: работники здешних конюшен спят долго и кормят лошадей поздно. Так что раньше, чем через пару часов можно не рассчитывать выехать. Я была в этом селении, - пояснила она. - Еще до войны. Ничего с тех пор не изменилось, - даже странно: жители не вспомнили предводительницу черного войска, промчавшегося по площади, опережая слухи и затмевая дневной свет. Оникс преследовала кучку сектантов, объявивших во всеуслышание, что Гера и ее жрецы озабочены лишь местью честному люду за похождения Громовержца, а никак не помощью. Смутьянов нашли, но требовалось сменить коней, поэтому и заехали сюда. "Лучше бы поискали другое место!", - злилась тогда женщина, сумев дозваться конюхов далеко не с первого раза. Карать за медлительность не было времени - селянам просто повезло - но, кажется, тот случай ничему их не научил.
- Не хочешь искупаться? - предложила она и усмехнулась слегка изменившемуся лицу Уорна. - А я с твоего позволения, - сумка была бездонной - как иначе объяснить, что в ней умещалось все, начиная с фляги и заканчивая заколкой для волос, которую Оникс выудила из бокового кармана. Ловко скрутив волосы на затылке, она подошла к воде и огляделась: берег был пуст, а вода радовала глаз приятной голубизной отраженного неба. Драконоборец мог ее видеть - брюнетка хмыкнула и развязала накидку, под которой обнаружилась длинная (до середины бедра) нижняя рубашка. Штаны с высокими ботинками устроились на траве, накидка - тоже, а вот рубашка осталась на теле, не сказать, чтобы подчеркивая, но и не скрывая в должной мере его изгибов.
Вода была приятной не только на глаз: фыркая от удовольствия, Оникс проплыла немного, после чего перевернулась на спину и помахала Уорну: возможно, и он решит присоединиться.           

Отредактировано Oniks (2015-12-06 20:20:46)

+2

12

В своих догадках Уорн ошибался. То, что девушка узнала про него в таверне, удивило мужчину настолько, что он даже искривил соответствующую гримасу и буквально уставился на свою спутницу. Но, правда, вариант из вполне себе вероятных, поэтому сомневаться в том, что она слышала о нём из обсуждения в таверне, Уорн не стал. Местные часто насмехались, пытаясь таким образом задеть пьяного воина. Но никак не могли взять себе в голову, глупые, что если ему ярость ударит в висок, то за все свои насмешки они могут поплатиться. Слава богам, что драконоборец не лез в драку без особых на то причин и все издевательства пропускал мимо ушей, он считал себя выше всего этого. Его лучшей подругой была бутылка и пока дорогое его сердцу пойло принадлежит ему и нерушимо – он также будет оставаться спокойным.
В данный момент Уорн как раз ощущал острую необходимость выпить и чертовски жалел, что не взял с собой запасов в дорогу. Но ничего, в ближайшей деревне он купит себе выпить. Казалось, что горло высохло, его хотелось промочить и вода уже не поможет. Драконоборец искривился сглотнув слюну противного вкуса и прищурившись глянул на лучи яркого солнца, которые струились жизнью.
- Подозреваю, что ты действительно последний в Греции, - в ответ Уорн лишь иронично хмыкнул. Не мудрено оставаться последним, когда собственно говоря, и драконы перевелись в основном. Мужчина до сих пор удивлялся, откуда они появились в Трое, почему именно сейчас? Хотя, может после того, что произошло с миром и драконы вернулись. Теперь вероятно всё.  - Спасибо, что не остался равнодушным. А почему ты не любишь царей? Приходилось иметь с ними дело?
Уорн посмотрел на Оникс и в ответ лишь слабо кивнул. Он всё еще жевал ту соломинку, поэтому выплюнул и положил в рот другую, нахмурившись глядя перед собой, тогда он резко откинулся и распластался на траве, заложив руки за голову. Соломинка забавно подергивалась, когда он говорил, но при этом совершенно не мешала произношению.
- Цари. Алчные трусы, жадные к человеческому добру. На самом деле мало кто из них достоин такого звания и, судя по всему, царь Трои не исключение, - ответил Уорн. Меньше всего ему сейчас хотелось толковать о царях и сильных мира сего. Да, он презирал их, но можно сказать с уверенностью, что также как и царей разбитый пьяница презирает весь мир, который силками заставил его жить. Вот в чем вопрос и продолжает вести его путь навстречу к жизни – это раздражало больше всего. Оникс взяла сумку, Уорн приподнялся на локтях, что бы посмотреть, что она ищет и в следующий момент девушка извлекла карту. Она расстелила её на коленях. Уорн не сразу обратил внимание на карту, прежде скользнул взглядом по красивым и стройным ногам девушки, только потом он заставил себя сесть. Мужчина выплюнул соломку и тоже внимательно посмотрел на карту. Оникс отследила маршрут и сказала, что сейчас лошадей им не достать. В ответ Уорн кивнул. Излюбленная соломка вновь оказалась у него во рту и он отвернулся, глядя куда-то в сторону.
Дул приятный тёплый ветер, солнце не жарило и вокруг пахло настоящей гармонией, будто этот мир совершенно не постигли ужасы беспредела. Не это ли тот самый райский уголок, которого все так жадно ищут?
Уорн отвлекся от своих мыслей, когда Оникс сбросила с себя платье, штаны и оказалась в одной рубахе. Он удивленно посмотрел на неё, пытаясь скрыть улыбку, которая  вырвалась из под контроля, но острый взгляд орлиных глаз блеснул неподдельным интересом. Оникс пожала плечами и подобно прекрасной нимфе окунулась в воду. Драконоборец остался на берегу, пытаясь не смотреть на девушку, которая буквально манила к себе взгляд. В итоге, воин выплюнул травинку, поднялся, сбросил с себя рубаху, сапоги и с разбегу нырнул в прохладную бодрящую воду. Так он проплыл под водой, насколько хватило дыхания, тогда вынырнул посреди реки, умылся, пригладил волосы, прилипшие к щекам и поспешил к Оникс, которая нежилась в воде неподалеку от берега. На лице драконоборца появилась хищная улыбка, когда она отвернулась, он вновь нырнул под воду, доплыл прямиком до неё и ущипнул за ляжку. Вероятней всего девушка вскрикнула, но когда мужчина оказался на поверхности, получил водные забавы в ответ. Они сейчас совсем, как дети – будто нет всего того груза за плечами у обоих. Уорн вдруг под нажимом Оникс резко ушел под воду и достаточно долго не появлялся, специально, что бы заставить её нервничать. Он видел, как она крутилась на месте, явно старалась усмотреть, когда и где он вынырнет. В итоге, мужчина вынырнул с расчетом за её спиной, что бы напугать. Но пока он выныривал, Оникс уже развернулась, таким образом, Уорн оказался максимально близко к её лицу. Мужчина смотрел в её бездонные глаза, руки сами собой прикоснулись к её талии. Они безмолвно смотрели друг на друга, может минуту, а может и больше. Драконоборец понял, что забывается, поэтому его расслабленное теперь лицо приняло прежний отпечаток недоброжелательности. Он отстранился и отправился на берег, удивлен сам себе, что он только что сделал?
На берегу на мгновение  Уорн остановился спиной к Оникс, подставив лицо солнцу. Несмотря на то, что сейчас мысленно наказывал за купание, он чувствовал себя гораздо лучше, пить совершенно перехотелось. Уорн поднял свою рубаху, надел её на мокрое тело, тогда поспешил натянуть сапоги и выпрямился на берегу, глядя на Оникс.

+5

13

Когда жрица окончательно решила, что плавать ей в одиночестве, Уорн решительно выплюнул соломинку, которую жевал, не переставая, весь разговор, одним махом сбросил рубашку с сапогами и прыгнул в воду, подняв тучу брызг. Проплыл немного под водой, вынырнул, убирая мокрые волосы назад - Оникс хорошо видела, как перекатываются под кожей мышцы сильных рук, но отвернулась, чтобы мужчина не думал, будто она за ним следит. Через несколько секунд все же посмотрев в его сторону, брюнетка обнаружила, что река пуста, течение не нарушает своего ритма, нет брызг и даже кругов на поверхности воды. Забеспокоившись - вдруг драконоборец утонул после непомерного количества спиртного накануне - Оникс сделала пару гребков в ту сторону, где последний раз виднелась его голова, и, насколько позволяло ослепляющее солнце, вгляделась в тени под водой. Они принадлежали рыбам - женщина почувствовала, как щиколотки коснулась стайка плотвичек, когда она замерла на одном месте, - и водорослям. Мелькнувшая было слева тень покрупнее заставила повернуть голову в ее направлении, но в ту же секунду кто-то - на самом деле, кто? - ущипнул Оникс за бедро, так что она от неожиданности вскрикнула. Однако когда Уорн вновь показался над водой, его ждала расправа: жрица отвела назад ладони и, вдавив в послушно расступающуюся плоть реки, резко выбросила наружу. Мужчина получил внушительную волну в лицо, и это послужило сигналом: он погнался за брюнеткой, осыпая брызгами. Двигался Уорн намного быстрее, поэтому вскоре Оникс пришлось его догонять, против чего она отнюдь не была.
С хохотом и визгом двое путников резвились, забыв обо всем и наслаждаясь чудесным летом. В нынешнее время редко выпадала возможность порадоваться тишине и покою, и стоило использовать каждую. Вот женщина толкнула Уорна, да так, что река над ним вновь сомкнулась, но выбираться на воздух он не спешил. Сначала Оникс подумала, что мужчина нашел раковину или какой-то иной из даров стихии, но бежали минуты - их отсчитывало сердце - а Уорна по-прежнему не было. Когда жрица уже собралась нырнуть и помочь с находкой, тень пришла в движение и устремилась кверху. Женщина успела лишь повернуться - лицо драконоборца оказалось едва ли больше, чем в семи дюймах, от ее. От неожиданности оба замерли. Течение невольно приблизило их, и Оникс почувствовала руки на своей талии. Но это отметилось на подсознании: все внимание приковывали к себе глаза такой пронзительной сини, которой смело могло позавидовать небо. По щеке Уорна стекала струйка воды - брюнетке страшно захотелось вытереть ее. Она уже потянулась сделать это, но драконоборец опомнился и, чуть отплыв от нее, устремился к берегу. Вода разлеталась под мощными гребками, Оникс же, смотря вслед, коварно улыбалась: она успела заметить раздосадованность на его лице. Все шло по плану, единственное, что не нравилось жрице, это собственная реакция. Уорн был слишком хорош собой, из-за этого становилось трудно удерживать контроль над ситуацией, а этот взгляд, где и огонь, и сила... "Нельзя влюбляться, если хочешь заполучить его!", - попеняла себе брюнетка. Может, зря она затеяла эту игру? "Нет, точно не зря", - наблюдая за натягивавшим сапоги мужчиной, она усмехнулась: отказаться от добычи так легко? Да никогда в жизни!
- Посмотрим, как хорошо ты владеешь собой, - нырнув, Оникс поплыла обратно.
Драконоборец мученически смотрел, как его спутница нереидой выходит на берег, вынимая заколку из волос и выпуская каскад черных прядей на свободу. Мокрая рубашка плотно обтягивала тело, не оставляя простора фантазии, - хмыкнув, женщина без стеснения одернула ее и пошла к нагревшемуся за их отсутствие плащу. Отжала локоны, откинула их на спину и, сорвав травинку, подставила солнцу лицо.
- Хорошо... - она довольно выдохнула. Все-таки идея искупаться пришлась кстати - появилась энергия, и тот факт, что ночь Оникс провела без сна, отошел на второй план.
Подождав, пока рубашка более-менее высохнет, она оделась и отряхнула поднятый с земли плащ. Он отправился в сумку: сам по себе теплый, в жару он нагревался до температуры печки для хлеба. И без плаща нельзя в путешествиях - а ну как заночуют в лесу. Лимит сумки по вместимости был исчерпан - с проклятиями дотянув завязки до креплений, жрица посмотрела на Уорна:
- Пора идти за лошадьми, думаю, конюхи уже проснулись.
И точно: у дверей городской конюшни ждали своей очереди два человека, голос третьего доносился из помещения для оплаты. Выслушав их чрезвычайно занимательный спор об удобрениях для пшеницы, спутники наконец попали внутрь. Там было чисто, уютно, в аккуратных стойлах приветливо помахивали хвостами лошадки.
- Здрасте, - поправляя шапку и щербато улыбаясь недостающими зубами, вперед вышел парень. - Вам одну или две?
- Две.
- Кого предпочитаете? Коня или кобылу? У нас есть двое чудесных тесальских экземпляров, брат с сестрой, очень послушные, красивые. К ним в комплекте идет седло, сбруя, а за дополнительную плату... - тараторил он.
- А почему они такие низкие? - удивилась Оникс. - Болеют?
- Порода такая, - еще одна улыбка. - Не смотрите на внешний вид, они выносливые, хорошо прыгают по горам, не требуют особого ухода.
Предложенные лошади, отдать должное, выглядели неплохо: в меру упитанные, подвижные; одна я яблоках, другая вороная. Женщине они понравились, но захочет ли драконоборец ехать на такой...
- Что думаешь? Или поищем другую конюшню?
- Другой нет, наша - единственная, - влез конюх. Поймав взгляд Оникс, замолчал.
- Тогда, похоже, вариантов у нас не много, - она подошла к стойлу, за дверью которого двигала ушами серая тесалийка, и, погладив ее по морде, весело взглянула на Уорна.       

Отредактировано Oniks (2016-01-21 20:58:28)

+2

14

Оникс выходила из воды, её рубаха плотно облепила тело, а к земле сыпались капли. В этот момент Уорну казалось, что ничего прекраснее в последнее время он не видел. Острый взгляд на мгновение растаял. Какой мужчина устоит перед истинной женской красотой, особенно в таких ярых проявлениях? Драконоборец понимал, что начинает увлекаться настолько, что даже стал подзабывать о выпивке, что служила ему в последнее время утешителем и лучшим другом, а еще смыслом жизни, которого у него нет. Пока не появилась она – с тёмными загадочными глазами, которые то и дело лгут. Но несмотря на всё эти глаза столь прекрасны, что тебе хочется буквально потонуть в этой лжи и полностью проникнуть в неё. Уорн ощутил напряжение, которое исходит от него же самого. Мужчина положил руки на пояс, попробовал отвести взгляд в сторону. Но ничего не вышло, он лишь сглотнул и подошел к Оникс, чтобы помочь ей выйти на берег. У берега была скользкая трава, не хотелось нести Оникс, если бы вдруг она повредила себе ногу. Хотя, это чистой воды самообман. Его помощи она не приняла. Драконоборец пустил этот неловкий момент и пообещал себе больше никогда не играть в джентльмена. Её лёгкий смешок был похож на издевательство, которое Уорн стерпел, но в душе скребли кошки и так ядовито… Потому что за последнее время он испытал столько различных ощущений, каких не испытывал достаточно давно.
- Хорошо....
- Лучше не бывает, - буркнул в ответ драконоборец.
Время шло, солнце припекало. С каждой минутой этот отдых казался мужчине абсолютно лишним и пустой тратой времени. Теперь все больше хотелось вновь окунуться в ленивое опьянение и чем быстрее он разделается с тамошним драконом, тем скорей вновь испробует вкус жгучего напитка, который убивает в нём всё. В горле было сухо, хотелось его промочить, но с этим Уорн решил, что справится. Подождет до ближайшей деревни, а там приобретет себе бутылочку другую, иначе он сойдёт с ума в пути с этой, подери её Тартар горячей красавицей.
До конюшни было недалеко, передохнувшие путники достаточно быстро добрались туда. Уорн остановился неподалеку у входа в очередной раз спрашивая себя, не быстро ли он спохватился. Может, не стоило так торопиться. Готов ли он был вновь вступить в схватку с драконами? Кровь будоражилась уже сейчас.
Между Оникс и конюхами произошел короткий диалог. Уорн в это время оперся плечом о дверной косяк, скрестив руки и внимательно разглядывал конюшню, затем окинул взглядом лошадей, которых им предлагали.
- В городе точно нет других конюшен? – махнул рукой Уорн пренебрежительно скривившись. Конюхи объяснили, что низкий рост лошадям не помеха, что они сильны и выносливы.
- Тогда, похоже, вариантов у нас не много, - почему-то Уорну показалось, что она над ним издевается. Девушка подошла к стойлу и стала поглаживать коня, поглядывая на мужчину. Что она ожидала в ответ, такой же ласки? Черта с два. Он отлип от дверного косяка и теперь уже подошел к конюху сам, тот даже как-то съёжился. Он сам был не особо высокого роста и казалось уменьшился еще, как только подошел драконоборец, в глазах которого горело чистое недовольство.
- Ты собираешься впарить нам пони!? Найди нормальных лошадей, или клянусь я!
- Это не пони, уверяю вас! Это хорошие скакуны, они гораздо выносливей остальных, - быстро пролепетал конюх. Уорн уже сжимал кулаки, потом глянул на Оникс и почему-то смягчился.
- Ладно, если выносливые…
Всё равно платит не он, значит не ему решать на ком они поедут. Вскоре путникам приготовили лошадей. Уорну даже не пришлось на неё запрыгивать, ощущение было действительно, будто он едет на пони. Конечно эти лошади не являлись пони и были выше последних и ехали практически также, как обычные кони. Только бывшему драконоборцу казалось, что он путешествует верхом на пони и этого чувства, которое он сам себе внушил просто так не выкинешь. Еще взгляды посельчан, когда они покидали деревню тоже казались Уорну сплошными насмешками.
Его более-менее отпустило чувство неловкости, когда они въехали в лес. Без лишних глаз проще преодолеть путь на таких лошадках. Смех, да и только. Ему страстно хотелось выпить, и он всё еще был зол на обстоятельства, поэтому по дороге даже звука не издал. Гордый всадник на маленьком коне.
В лесу было прохладней, нежели в деревне, приятно шумела листва и пели птицы легким перезвоном. Кого угодно это могло успокоить, но в голове драконоборца эти птички выдавали не трели, они будто клювами старались выдолбить дыру в его голове. «Долгий предстоит путь», - подумал Уорн, глядя в спину девушки, которая ехала впереди него. Что-то было в Оникс загадочно манящее. Разглядывая её спину, мужчина думал, откуда у неё столько денег, кто она такая? Дочь зажиточных богатеев? А потом и вовсе уснул, пошатываясь в седле. Руками Уорн крепко сжимал поводья, поэтому знал, что не упадёт даже во сне, а его маленькая лошадка будет следовать по пятам за Оникс.
Проснулся драконоборец от тревожного шороха. Он обнаружил, что уснул всего на несколько минут. Но острый слух уловил звуки, которые никоим образом не относятся к дуновению легкого ветра. В лесу кто-то был, кроме них.
- Оникс! – крикнул Уорн как раз в тот момент, когда из-за кустов на них посыпались вооруженные люди. Драконоборец извлек меч, подбежал к своей спутнице, снял её с лошади и рукой отправил за спину. – Держись возле меня.
- Господа! Вынуждены вам сообщить, что мы конфискуем вашу провизию, поклажу и транспорт. Вы можете отдать нам это всё добровольно и отправится дальше, куда вы держали путь.
- Убирайтесь, пока целы! – самонадеянно рявкнул Уорн, при этом он мотнул головой, поскольку подул ветер и прядь черных волос упала ему на лицо.
Две стороны не сошлись во мнениях. Началось сражение. Уорн не плохо справлялся. Людей было не так уж много. Пятеро всего. Троих драконоборец умело оглушил. Осталось еще двое. Но пока он был занят этими двумя, кто-то пришел в себя. Они схватили Оникс сзади, зажали ей рот и поволокли с собой в лесную чащу. В пылу сражения Уорн не замечал ничего, что происходит вокруг него, кроме противников. После того, как он справился с оставшимися, заметил, что его спутница пропала.
- Оникс? ОНИКС! – кричал драконоборец, но никто не отзывался. Он выругался и как раз позади себя услышал неуклюжий шорох. Один из разбойников пришел в себя и уносил ноги. Мужчина разозлено поджал губы и запустил мечом в него. Меч удачно захватил рубаху беглеца и припечатал того к дереву. Пока Уорн медленным шагом подходил к несчастному, тот пытался высвободиться, но все его попытки оказались тщетны. Уорн подошел, выдернул меч из дерева, крепко надавил противнику на грудь, а клинок приставил к горлу разбойника. – Кто вы и куда забрали девушку, что была со мной? Отвечай!
Терпеливым Уорн не был никогда. Его глаза пылали праведным гневом. Сегодня день не задался. Сначала маленькая лошадь, теперь похищение Оникс.
- В лагерь, а потом они её продадут на рынке. Я не знаю, всё решает главарь.
- Проведёшь меня туда, - твердо заявил мужчина и в этот момент откуда-то ни возьмись пролетел мелкий дротик. Уорн вовремя увернулся, а вот его жертве не посчастливилось. Пойманный разбойник моментально испустил дух, а лицо его посерело. Остальных павших добили таким же образом. Откуда летели дротики драконоборец не уловил. Это разозлило его еще больше. Он пошел прочь, пытался отыскать какие-то следы. Каждый его шаг сопровождался грубым ругательством, что омрачало прекрасную природу вокруг. Спустя несколько минут Уорн наткнулся на небольшой лагерь-стоянку этих разбойников. Отсюда они и выслеживали путников. Уорн оседлал их лошадей. Вторую привязал к первой, что бы не сбежала и что бы Оникс тоже досталась нормальная лошадь. В сумках к своему огромному удовольствию бывший драконоборец обнаружил выпивку. – Становится лучше.
Довольно улыбнулся Уорн и щедро хлебнул.  Конь ему попался умный. Он без команды шагал обратно домой. Уорн найдёт лагерь разбойников.

+4

15

Слегка покачиваясь в седле, Оникс размышляла о внезапной сговорчивости драконоборца. Очевидно, что маленькие лошади были обратно пропорциональны его гордости: пока они ехали по деревне, Уорн ловил на себе насмешливые - как ему казалось - взгляды жителей и от каждого нового крепче сжимал зубы. Но молчал. И тогда, и после, когда дорога подступила к лесу, превращаясь в узкую тропку. Сверлил глазами спину жрицы, отчего все время хотелось обернуться и спросить о причине такого внимания. Может, даже размышлял о купании - вспомнив галантно предложенную руку, Оникс решила в следующий раз позволить ему побыть джентльменом. Лошади ей, к слову, понравились: не кусаются, не лягаются, не скидывают наездника. Ну и что, что маленькие: ей с ее ростом пойдет. Посмотрев на повороте на высоко поднятые колени Уорна, брюнетка хихикнула: вот уж точно мог бы идти пешком. "Я не виновата, что это единственная конюшня в городе. Доберемся до следующего - найдем других". Все равно монеты фальшивые - трать не хочу.
Монотонность пейзажа и певучие голоса птиц убаюкивали. Едва не свалившись на землю из-за сомкнувшихся против воли век, Оникс потянулась к сумке за водой. Фляга еще не успела нагреться, и холод речной воды царапнул по зубам; пригоршня же, смочившая лоб, прогнала сон окончательно. И вовремя: из-за кустов появились вооруженные мужчины, чей потрепанный облик красноречивее слов сообщал о намерениях.
- Оникс! - от звучного голоса Уорна жрица затрепетала. Но мужчина не дал ей времени опомниться: соскочив с коня, он одним прыжком преодолел расстояние между животными. Бережно снял ее и поставил на землю, приказав оставаться сзади, а сам обнажил меч, намереваясь разобраться с бандитами. Ветер растрепал его волосы, придавая значимости короткой речи, но противники не прониклись: с наглой ухмылкой они всем скопом набросились на драконоборца.
Уорн сражался хорошо, и вскоре трое лежали в пыли оглушенными. Оникс воспрянула духом: осталось всего двое. Отойдя в сторону, она с волнением смотрела на поединок  мужчин, но не заметила, как за ее спиной вырос силуэт.
Все произошло слишком быстро: один здоровяк грубо завел ей руки за спину, а второй зажал рот, чтобы она не смогла предупредить попутчика. Вдвоем они потащили жрицу к деревьям - как ни старалась она вырваться, тягаться с мужчинами в силе не могла. Удалось, правда, прокусить руку первому до крови, а второго, ловко извернувшись, ударить в живот, но сильный удар по голове прекратил попытки высвободиться. Взвалив потерявшую сознание Оникс на плечо, разбойник бегом бросился к уже оседланным лошадям, спрятанным заранее там, где их не было видно с дороги. Его напарник ждал с веревкой. Наспех связав брюнетке руки, они перекинули ее через спину лошади и вскоре оставили место битвы далеко позади.
Несколько раз Оникс приходила в себя, но не прекращающаяся тряска и тупая боль в висках вновь погружали ее в забытье. Окончательно очнулась она в лагере - конечном пункте их маршрута.
- Кого привезли? - поинтересовался подошедший мужчина. В руке он держал куриную ногу, от которой откусывал кусок за куском. - Ого, какая красотка! Где взяли?
- Где взяли - там нет, - хохотнул разбойник, слезая сам и стаскивая добычу. - Ехала прямо в наши объятья. Не могли же мы позволить ей попасть в руки непорядочных людей.
- Ты больно порядочный, - огрызнулась Оникс, выпрямляясь, насколько позволяла веревка и затекшие ноги. - Вы, идиоты, хоть знаете, с кем связались?
- Ха, ты про того пьяницу, что помахал тебе вслед мечом? Артемизайос и Кириакос расправятся с ним в два счета, а перед тем, как пронзить мечом, так и быть спросят имя.
- Я не про него, осел, - глаза жрицы сверкнули: были бы у нее только развязаны руки!
- А, значит, ты у нас великая колдунья? Или жрица Аполлона? - блондин с прокушенной рукой изобразил, как перебирает струны лиры и поправляет венок, вызвав новый взрыв смеха у товарищей.
- Геры, Геры жрица! - выкрикнул кто-то. Компания снова загоготала, не заметив усмешки пленницы. - Или вообще переодетая богиня, - продолжали острить мужчины. - Сейчас с нее спадут покровы смертной, и явится нашему взору светлоокая супруга Зевса, покровителя народа греческого!
- Я был бы не против посмотреть, как с этой пташки спадут покровы, - обглодав кость, заметил тот, что первым встретил прибывших в лагерь.
- Это решать главарю, - холодный голос за спинами заставил смех умолкнуть. Бандиты расступились, пропуская вперед высокого рыжеволосого мужчину с квадратным подбородком, пересеченным шрамом. - Хороший улов, - он осмотрел Оникс с головы до ног и одобрительно кивнул. - Ведите ее к нему.
Брюнетку тычками погнали к невысокому строению, внутри которого обнаружилась большая комната с похожей на чулан каморкой перед ней. Оникс втолкнули туда; дожидаясь аудиенции, она успела насчитать трех крыс, снующих по полу. Вот одна вытащила из-под стола засохшую корку, две другие тут же с писком бросились делить трофей. Но исход драки жрица не увидела: смежная дверь открылась, пропуская ее в покои работорговца.
Женщина ожидала увидеть сундуки с золотом и расшитые подушки, однако кроме еще одного стола, заваленного свитками, и широкой кровати в углу в комнате почти ничего не было - кувшин с водой и походный ларь с прислоненным к нему мечом не в счет. Да и главарь бандитов выглядел убого: с проплешиной, несоразмерно длинными волосатыми руками и кошмарными зубами, что виднелись сквозь прорезь улыбки. От одной мысли, что этот уродец дотронется до нее, Оникс передернуло.
- Как тебя зовут? - после паузы спросил он.
- Нефел.
- Куда направляешься, Нефел? - жрица молчала. - Хотя это уже не важно, - мужчина подошел ближе, прищелкивая языком. - Тебя все равно отправят на рынок, но прежде... - мягкими до отвращения пальцами он провел по ее щеке и уже собрался поцеловать, но брюнетка отскочила. Во взгляде ее легко читалось презрение напополам с яростью; увидев это, торговец довольно рассмеялся. - А ты непокорная. Люблю таких. Особенно люблю их укрощать. Фригус! - дверь распахнулась: за ней, словно ожидая зова, стоял рыжеволосый со шрамом. - Вечером приведешь ее ко мне. Хочу проверить, так ли хорош изнутри товар, как снаружи.
И вновь поход через двор под улюлюканье мужланов, спуск в дощатое полуподвальное помещение. При скрипе ключа в замке пленницы дружно подняли головы, но, увидев лишь новую соседку по несчастью, поникли. Как могла предположить Оникс по синякам, ссадинам и бледной коже девушек, держали их здесь несколько дней, если не недель. Все они смирились с участью рабынь, но жрица Геры сдаваться не собиралась. Ее ждет Артазиус и, возможно, Уорн - при мысли о драконоборце проснулось сожаление: момент соблазнения упущен, а как хорошо все начиналось. Оникс хотелось, чтобы мужчина пришел за ней, освободил, но она понимала: надеяться глупо. Они знакомы меньше суток, за столь короткое время не становятся друзьями. И тем более не становятся теми, ради кого можно рискнуть жизнью. Уорн не придет - следовательно, выбираться придется самой. И у жрицы уже созрел план, как это сделать.

+3

16

Лошадь медленно шагала. Уорн держал животное за поводья и шел рядом, полностью доверяя спокойному животному. Глоток за глотком и жажда проходила, оставляя после себя неприятное чувство. Пойло не очень качественное, но для того, чтобы расслабиться пойдёт. Одна бутылка полетела в сторону, ударившись о дерево разлетелась на мелкие осколки. Из сумки, которую на себе тащила лошадь, мужчина извлек следующую бутылку. И так одну за другой, пока не опустошил все четыре. К этому моменту, он уловил запах костра. «Мы уже близко». Драконоборец дальше последовал за лошадью, пока она не остановилась. Тут были слышны отголоски разговоров, шум, музыка; пахло костром и полевой кухней.
- Ты привел меня к себе домой, дружок, - сказал Уорн и потрепал лошадь по загривку. Умная животина. Драконоборца посещали домыслы, что конь мог следовать просто куда глаза глядят, но надеялся на лучшее и удача улыбнулась ему. Он выбрал хорошего коня.
За высокими кустами, под холмом располагался лагерь разбойников. Здесь было слишком всё обустроено, непохоже на обыкновенный лагерь. Уорн пришел к выводу, что разбойники промышляют здесь достаточно долго, чтобы обосноваться и жить. Драконоборец подошел ближе к краю холма и увидел, что жилище воров окружает тщательно вырытый ими ров, что само по себе странно. Зачем так старательно пытаться защитить своё поселение? Оно находится глубоко в лесу, далеко от дорог.  Поблизости Уорн не обнаружил ни единой протоптанной тропы. Стоит признать, если бы не конь, он никогда не нашел бы поселение разбойников.
Мужчина погладил животное по гриве и отправил коня вперед. Сам еще раз свысока осмотрел лагерь, только тогда отправился вслед за конём. На пути к  лагерю была переправа. Бывший убийца драконов не стал седлать коня снова. Он просто шел рядом с животным, словно они старые товарищи. Перейдя деревянный невысокий мостик, у ворот часовой потребовал объясниться, кто идёт. Уорн только вытянул пошатывающуюся руку с последней полной бутылкой из всех запасов, которые тащил на себе ранее этот конь. До тех пор, пока его новый друг не облегчил ношу несчастного животного. Но бдительный стражник не счел бутылку за проходной билет, поэтому отказался впускать, требуя, чтобы пришедший открыл своё лицо. Уорн надел на себя один из плащей местных разбойников, но раскрывать себя не торопился. Он еще раз безмолвно потрусил бутылкой перед собой, специально выводил из себя часового. Когда страж с криками вышел, чтобы проучить непонятного путника, драконоборец метнул бутылку с выпивкой прямиком в стража и попал тому в голову.
- Какая трата, - с сожалением, пошатываясь сказал сам себе Уорн. Ему показалось, что конь согласно кивнул головой. Мужчина пошатываясь подошел к поверженному хранителю лагеря, присел у него и на всякий случай забрал себе кинжал, которым тот был вооружен.
В лагере активно кипела жизнь, поэтому никто не обратил внимание на «собрата». Конь повел его прямиком в конюшню. «Отлично», - подумал Уорн. «Не людно». Он даже не пытался скрываться, его попросту не замечали, пока часовой не пришел в себя.
В то время, когда Уорн находился в конюшне, поглаживая своего проводника, страж велел найти наглеца. Голова караульного сочилась кровью. Уорн даже не шевельнулся, несмотря на то, что всё слышал и имел возможность ускользнуть. Несколько разбойников вооруженные забежали в конюшню. Они остановились и растерянно смотрели на мужчину, который едва держался на ногах. За ними вбежал дозорный.
- Он что ли?  - часовой утвердительно кивнул. – Ты кто такой? Что тебе здесь нужно?
Уорн снял капюшон, едва устояв на ногах. Его взгляд был настолько рассеян, что со стороны складывалось впечатление, будто все присутствующие здесь у него раздваиваются и он пытается собрать один к другому.
- Он же в хлам! – рассмеялись разбойники.
- Я пришел, - Уорн вновь пошатнулся и решил опереться о своего товарища. – Вы это… вещь у меня забрали.
- Вещь? – удивленно переспросил один из них.
- Да… нет. Стойте, - мужчина выставил указательный палец перед собой и откровенно говоря задумался. Теперь он не разбойников в этой комнате пытался свести один к одному, а свои мысли. – Нет, не вещь. Она не вещь, а! Вы забрали у меня женщину! Верните мне её, и я оставлю вас в живых.
Последняя едва внятная реплика бывшего драконоборца затерялась среди дикого хохота. В ответ Уорн сделал шаг навстречу смеющимся. Им не составило труда всего подтолкнуть его, чтобы он потерял равновесие. Убийца драконов лежал у ног лесных воров, пока они избивали его. Это продолжалось недолго. Внезапно конь их товарища встал на защиту своего выпившего нового друга. Уорн рассчитывал на это. Не зря он стал драконоборцем, еще с детства имел какой-то подход к животным, отлично умел с ними ладить и драконы тому не исключение. Поэтому он стал лучшим в их истреблении, хотя его учитель всегда говорил, что ему впору защищать их, а не уничтожать.
Уорн ловко прокатился по земле и резко поднялся на ноги. Удивленные разбойники обернулись и встретились уже с мужчиной, который выглядел совершенно иначе. Голову он держал ровно, рука крепко сжимала обнаженный меч, а взгляд синих глаз прожигал насквозь. Беззащитный пьянчуга в момент превратился в предвестника смерти.
- Я был невнятен. Повторю свой вопрос. Куда вы забрали Оникс?!
Разбойники набросились на Уорна. Он умело отбивал их удары и после небольшой схватки победил нескольких человек. При этом в очередной раз признался, как ненавидит сражения с людьми. Убивать драконов ему всегда было проще. Прежде чем поверженные успели прийти в себя, Уорн связал их веревкой, а когда они пришли в себя – мужчина продолжил допрос.
- Спрошиваю последний раз. Где Оникс?
- Ты хоть понимаешь сколько нас? Живым тебе отсюда не уйти!
- Дело не в количестве, а качестве. Верно? Отвечайте, либо вы мне будете больше не нужны, - строго сказал Уорн, обнажив клинок стражника.
Никто не собирался говорить. Все пытались доказать, что Уорн труп. В чем-то они были правы. Уорн понимал, что живым отсюда сложно будет выбраться. Но у него есть план.
Драконоборец не на шутку сделал вид, что сейчас убьёт одного из разбойников. Но тот не выдержал и первый заговорил.
- Мы не знаем никакой Оникс! Мы не понимаем, кого ты ищешь! Среди наших девушек такой нет!
Уорн удивился, его взгляд стал еще жестче.
- Не лги мне.
- Я не лгу, клянусь! – Уорн размахнулся, чтобы покончить со лжецом. Он не верил ни единому слову, так как знал, что местные похитили Оникс. В ответ завопил другой.
- Он правду говорит! Иди проверь, туда, где мы держим девок. Там не будет твоей Оникс, или как её там…
Уорн медленно перевел взгляд. Он даже не ожидал, что ему понравится играть роль человека, что держит в своих руках жизни других.
- Ты! – Уорн указал на самого младшего и безобидного. – Ты меня отведешь к девушкам. А вы…
Острием клинка мужчина указал на остальных.
- Постарайтесь развязать мои узлы и освободить себя, тогда вы не такое уже разочарование для вашего предводителя. Но если кто-то из вас закричит – получит копытом от Гнедого, - Уорн подмигнул коню, который теперь исполнял роль надзирателя.
Отпустив мальчишку драконоборец поспешил вслед за ним. Пока Уорн добирался до лагеря, опустошая бутылки, наступили сумерки. Идеальное время для спасения девушки. Юноша быстро привел его туда, где удерживали пленниц. Со страхом они встретили новое лицо, в то время, как ни одна из них не интересовала Уорна. Среди красоты женской, от которой рябило в глазах, воин выискивал ту единственную, что краше всех. За неё его взгляд сразу зацепился бы.
- Её здесь нет.
Парень с сочувствием пожал плечами. Тогда Уорн схватил его за грудки и хорошенько встряхнул.
- Девушка, которую привели сегодня после полудня. Где она?
- Я… она особо приглянулась главному.
Уорн отправился прямиком к палатке главаря, не видя себя от ярости.
- Тебе не стоит туда идти. Это же самоубийство! – вдогонку говорил юноша. Уорн резко обернулся и посмотрел на него так, что тот мгновенно умолк. Драконоборец даже не стал спрашивать, где обитает вождь разбойников. Это очевидно, его жилище самое просторное.
У дома вождя стояло два стражника. Уорн приближался, широко шагая. Прежде, чем стража успела понять, что он не один из здешних, драконоборец оглушил их, вместе с парнем. Тот всё причитал после этого, что он больше не жилец. У входа Уорн обнажил нож и вошел внутрь. Как раз в этот момент руки вождя потянулась прямиком к Оникс. В ярости истребитель драконов метнул нож и пронзил ладонь главаря. Возбуждённый мужчина – хуже пьяного. Если замелённый еще пытается как-то подружиться с реальностью, то возбужденного не волнует ничего, кроме женщины, которая сейчас перед ним.
Когда девушка обернулась, к великому удивлению и разочарованию, ею оказалась не Оникс. И мужчина не был главарем. Прикинув взглядом, Уорн понял, что на разбойника он не похож. Богатая тога, обувь, чистое лицо и та рука, которая осталась цела была белоснежной. Раненный человек закричал. Двери отворились и на пороге появилась дюжина людей. Уорн слишком был раздосадован своей неудачей, что совершенно выпал из реальности. Его взяли, обезоружили, но убивать не стали. Крепко держали по рукам. Люди расступились и вперед вышел глава разбойников.
- Это ты пролез на борт моего корабля без билета, - улыбнулся вор. Уорн удивленно и резко посмотрел на него. Странная метафора, учитывая, что все они сейчас находятся в лесу.
- Где она?
- Вы посмотрите, он всё еще требует, - вокруг раздался хохот. Изувеченным мужчиной уже занимались лекари. – Если тебе так не терпится её увидеть – сейчас увидишь.
Главарь улыбнулся. Уорна повели за ним прямиком в его опочивальню. Удивительно, но она ничем не отличалась от остальных. Здесь была Оникс. Она сидела на пышных подушках, прикована цепями. Уорн рванулся к ней, но его держали слишком крепко. Он убийца драконов, а не Геркулес в конечном итоге. По приказу вожака, его ударили по ногам, он упал на колени. Уорн не отрывал взгляда от Оникс, он надеялся, что ей не успели причинить вреда. Вожак велел всем выйти и встал перед незваным гостем, которого предварительно связали. Драконоборец медленно перевел взгляд с гадалки на предводителя и как только он смотрел на кого-то другого, а не на её – взгляд его становился смертоносным.
- Ты обидел моего клиента. У меня, у этого места безупречная репутация. Я создавал это годами. Тут явился ты и пытаешься всё разрушить из-за девушки, - главарь рассмеялся, но глаза отвел. – Ты знаешь, сколько таких героев, как ты приходили сюда за своими возлюбленными? Мне поделом браться за перо и слагать баллады. Только каждая из них с печальным концом. Герой – умирает во имя любви. Добро пожаловать в следующую балладу.
Он сделал паузу, выжидая ответа Уорна, но тот молча прожигал взглядом противника.
- Видишь этого человека? – из тени вышел рыжеволосый мужчина, по виду крупный воин, прошедший немало битв. – Одно моё слово, и он снесет твою голову. Разрубит топором, как тыкву перед праздником. Фригус! Уведи его и сделай всё быстро, а мы с красавицей продолжим. На чем нас прервали?
- Я приду за тобой, - спокойно сказал Уорн. Обратился он к Оникс и тихо вышел, ведомый Фригусом.

+3

17

Когда в дальних покоях раздался крик, главарь прервался на полуслове и с тревогой поднялся с ложа, где, закованная в цепи, сидела Оникс. За дверью послышалось бряцание оружия, ругань - спустя минуту к ней присоединился вкрадчивый голос лысого. Кого-то поймали, поняла женщина. Надежда расчертила сумерки падающей звездой и так же быстро погасла: это не мог быть Уорн. Драконоборец давно забыл про попутчицу, добравшись до соседней деревни и завалившись спать с бутылкой в обнимку. Жрица уже и думать о нем забыла - все ее мысли сосредоточились на собственной участи - однако на душе противно скреблась обида: используя других, Оникс злилась, когда использовали ее. Уорн обещал отдать долг, и где теперь его обещание? Вместе с ним, вестимо, то есть, в неизвестном месте на неизвестном расстоянии от лагеря.
План женщины провалился сразу: вечером работорговцы первым делом надели на нее кандалы. сделав наполовину беспомощной. Воспользоваться магией она могла по-прежнему, но цепь ограничивала движения, уменьшала ловкость и быстроту, от которых в девяти случаях из десяти зависел успех. Нынешний случай под тот единственный как раз не попадал. Пришлось терпеть еще порцию насмешек, пока ее вели к главарю, и, сжав зубы, изобретать казни для бандитов с длинными языками - теперь расправа обязана была последовать за побегом. Чтобы все зазубрили до конца жизни, что значит совершить преступление против Геры, чьей неофициальной представительницей все еще являлась Оникс.
Лагерь оказался намного больше, чем подумала Оникс вначале, и лучше укреплен: не временное поселение, а настоящая крепость. Даже ров виднелся - на валу перед ним зажигались факелы, ориентиры для находящихся внутри и предупреждения для проходящих снаружи. С заходом солнца лес сомкнул деревья в единую черную стену - вряд ли в такое глухое место гости валят толпой. И все же хорошие кони с дорогой упряжью от взгляда брюнетки не укрылись: животные принадлежали явно не разбойникам, судя по их взмыленным бокам. У ее мучителя гости, как мило. "Будут издеваться вдвоем", - вздохнула она, скорее, по привычке, чем с истинной мольбой поднимая глаза к небу. 
Личность визитера раскрылась скоро. Оникс оставили в той же каморке с крысами - словно узнав подругу по несчастью, грызуны выбрались на середину комнаты, повели носами и, вытащив из норы обгрызенную корку, приволокли к ногам женщины - и сквозь тонкие стены она слышала разговор в соседнем помещении. Посетитель желал сохранить инкогнито, но, очевидно, главарь хорошо знал его и не первый раз предлагал товар - звон пересчитываемых монет и веселый смех стали тому подтверждением. Одну из пленных девушек ждало общество с этим господином, но тут Оникс не могла никак помешать, даже если бы и хотела. Ей бы свою шкуру спасти...
- А, Нефел, проходи, - потирая потные ладони, расплылся в улыбке главарь. Он заканчивал раскладывать монеты по мешочкам, когда Оникс втолкнули через порог в его покои, так что она едва удержалась на ногах. - Мои парни сказали, что ты грозилась их убить, поэтому я решил обезопасить себя и их заодно, - мужчина кивнул на ее руки.
- И как же я могла это сделать? Взглядом?
- Знаю я вас, женщин. Вы коварны, способны на все, - едва ли не с ненавистью выплюнул он. - От вас одни беды.
"Поэтому ты и продаешь нас в рабство?" - вертелось на языке у Оникс, но она сочла благоразумным промолчать - даром, что торговец переключил внимание на кубок, щедро плеснув ему вина в честь удачной сделки. Какое-то время он потягивал вишневого цвета жидкость, и женщина понадеялась, что про нее забыли. Но напрасно: допив, главарь посмотрел на "товар".
- Иди-ка сюда, дай хоть полюбуюсь, - он дернул за длинный конец цепи, торжественно врученный Фригусом, заставив подошвы ботинок брюнетки проехаться по полу. Сила рвалась наружу, пока мужчина обходил Оникс по кругу, оценивающе прищелкивая языком, но следовало ждать: сейчас он готов к нападению. Ей многого не надо - коснуться не защищенной одеждой кожи, чтобы на полу осталась горстка пепла, а сама она под видом бандита свободно покинула лагерь. "Подыграй ему, ну же".
- Так и будешь смотреть? Может, хоть сесть предложишь? - смешок дал понять, что юмор оценили: в комнате стульев не было.
- Прилечь не возражаешь? - голос прозвучал прямо над ухом, и жрицу едва не передернуло от отвращения, вместо это она лишь улыбнулась и устроилась поудобнее на кровати.
- Как тебе удается скрывать от посторонних глаз такой большой лагерь? Связи в высших слоях общества?
- Все любят деньги. Вот ты, Нефел, знаешь мужчину, с которым вы практически столкнулись в дверях? - решив не тратить время зря, он опустился рядом и поцеловал женщину шею. - Не знаешь. И никто не знает, что он сюда приходит. Я умею хранить секреты. Оказываешь одну маленькую услугу, а взамен можешь требовать двойную плату за молчание, - продолжая говорить, работорговец по-хозяйски нащупал заколку в волосах Оникс и вытащил, позволив черным прядям рассыпаться по плечам. - Небось, многим голову вскружила на воле. Ну ничего, крылышки-то мы тебе, птичка, подрежем, чтобы не улетела от нас, перестала ввергать в искушение доблестных мужей Эллады.
- Ты стихи, случаем, не пишешь? - фыркнула жрица и удивилась, услышав ответ после паузы.
- Это так заметно? Хочешь послушать? - как по мановению руки Зевса, мужчина преобразился: на щеки наползла краска смущения, глаза заблестели - похоже, слушателей ему катастрофически не хватало. Упустить возможность Оникс, конечно же, не могла.
- Хочу, - она кивнула, изобразив заинтересованность.
Мучитель одним прыжком добрался до сундука и достал оттуда потрепанную формингу. Подкрутил колки, тронул струны умелым щипком, выдающим музыканта, и затянул под аккомпанемент мелодии оду, уже на третьей строчке которой брюнетка с трудом давила зевоту. А предстояло слушать как минимум пять-шесть глав...
Поэтому когда бандиты ввели Уорна, она в первую секунду обрадовалась избавлению от нудного поэта, во вторую удивилась присутствию драконоборца, а в третью почувствовала, как от сердца по телу расходится волна тепла. И пусть сейчас оба они находились не в лучшем положении, Уорн вернулся за ней, не позволил превратить в рабыню. Их взгляды встретились, и в карих глазах Оникс ясно отразилась благодарность. Искренняя - оттого что раньше ради не нее не жертвовали жизнью, а исход у встречи ее спутника с бандитами мог быть только один. Двигало Уорном благородство или чувство долга, сейчас не имело значения - это было одно из тех мгновений, когда эмоции превышали важность слов.
Мужчину грубо поставили на колени и сообщили о бесславном конце от рук Фригуса - детину, кажется, польстил приказ снести с плеч еще одну чересчур смелую голову.
- Я приду за тобой, - уверенно проговорил Уорн и легко поднялся, выходя вслед за рыжеволосым. Оникс смотрела ему вслед, спешно соображая, как поправить ситуацию. Вариант был тот же, что и в начале вечера, но драконоборцу не стоит знать, что гадалка - в действительности жрица Геры с немалой силой в хрупких ладонях. Люди склонны бояться магии, а брюнетка нуждалась в Артазиусе, следовательно - в Уорне.
- Так на чем мы остановились, радость моя? - благодушно поинтересовался главарь.
- На сражении с гидрой, - отозвалась Оникс.
Что же, она даст своему герою еще немного времени, а если его все-таки обезглавят - начнет действовать.   
   

Отредактировано Oniks (2016-06-25 21:05:17)

+2

18

Запустила судьба в безнадежную жизнь пропадающего человека женщину и она, возможно, сама того не осознавая начинала наводить порядок в жизни мужчины. Так бывает часто, если судьба благосклонна к счастливцу.
Уорн пережил многое, но несчастья, случившиеся с ним, чести не отняли. Он знал, когда покинет деревушку вместе с гадалкой, ему придется забыть о жизни, на которую он сам себя обрек. Он знал, что спокойного путешествия им не видать. Разбойники, воры, убийцы никогда не давали свободно людям путешествовать, поэтому человечество привыкло сидеть на одном месте и никуда не двигаться в страхе за свою жизнь.
И вот оно – первое происшествие, но последнее ли? Что-то внутри ведомого палачом мужчины подсказывало, что нет, ибо сейчас он умирать не собирался. Ради Оникс Уорн готов был жить и бороться, он не собирался отдавать её в лапы этим людям с грязными мыслями. И расставаться с бутылкой также не хотелось. Драконоборец предвкушал, как после всего вдоволь выпьет и забудется на несколько дней.
Фригус подталкивал Уорна, очевидно, это доставляло ему удовольствие. Безмолвный палач не мог дождаться, когда осуществит казнь. Он вел Уорна к специальному месту, где, судя по всему, местные развлекались жестокими играми. Вид полу обрубленного леса для всякого рода пыток никак не напугал мужчину. В своей жизни он повидал гораздо больше и страшней, нежели срубленные деревяшки, с помощью которых люди мучают людей. Всю свою жизнь Уорн сторонился столкновений с людьми. Убивая драконов, он знал, какую цель преследует, но понимал, что они не самые страшные монстры. Драконоборец шел спокойно со связанными руками. Фригус удивлялся такому хладнокровию, обычно люди предпринимали попытку бегства, особенно когда приближались к этому месту. Палач наслаждался страхом, упивался ним, но Уорн решил не давать ему такого удовольствия. Ударом под коленями разбойник заставил мужчину опуститься у огромного пня. Здесь раньше росло многолетнее дерево, а теперь остатки могучего древа осквернены кровью невинных жертв. Драконоборец спокойно положил голову на широкий пень. Щекой он почувствовал шершавость, уловил запах крови, но не ощутил смерть, а это ощущение ему отлично знакомо. Драконоборец знал – сейчас он не погибнет. Как только палач занес топор над головой Уорн громко свистнул. Фригус застыл на месте. Еще никто перед смертью не вел себя так, как этот. Бедняга голову ломал, что с Уорном не так и почему тот не боится. По зову драконоборца из конюшни выскочил бравый жеребец, с которым мужчина успел подружиться. Разъяренный конь несся прямиком на оторопевшего Фригуса. Несчастный палач не знал, куда деваться. Он не смог убежать от гнедого. Конь отбросил палача в сторону. Фригус ударился головой о дерево и потерял сознание. Топор занесенный над головой драконоборца рухнул на землю. Сегодня остатки древнего древа не будут осквернены кровью. Уорн резко поднялся с колен, наклонился и разрезал веревки о лезвие топора.
Новый верный друг стоял рядом, стараясь не создавать лишнего шума.
- Ты молодец, - похвалил драконоборец коня. Нужно было действовать дальше. Уорн выбросил веревки, чтобы они не попадались на глаза прохожим, тогда подошел к палачу. Он проверил пульс. Разбойник жив еще, просто пребывал без сознания. Мужчина обезоружил палача, забрал себе кинжал и меч на всякий случай. Затем с ближайшего орудия пыток Уорн снял веревки и привязал палача к дереву. С одежды самого палача драконоборец оторвал кусочек ткани и глубоко запихнул тому в рот кляп, чтобы не кричал. – Теперь я должен сделать всё быстро.
Уорн поднялся. Он отправился в конюшню, где его изначально «поймали». Лагерь был занят вечерними утехами, а черные и грязные одежды Уорна помогали ему оставаться в темноте незаметным для часовых. Мужчина передвигался свободно, чтобы у тех, чей взгляд зацепится за него не возникало никаких подозрений. Темнота – отличная подруга, если умеешь правильно её использовать.
- Эй, как ты еще жив?
Уорн сжал рукоять меча крепче. Его окликнул тот самый парнишка, что познакомил мужчину с лагерем. Драконоборец пожал плечами.
- Задаю себе тот же вопрос. Чего тебе?
- Возьми меня с собой. Ты собираешься уходить со своей девушкой. Возьмите меня с собой. Я проведу вас через лес краткой тропой, а дальше разойдёмся.
- Может, обсудим это на менее открытом месте? – раздраженно спросил Уорн. Юноша согласился и повел драконоборца к палатке. Один раз он уже купился на этот трюк, на второй раз Уорн так не опростоволосится. Он посмотрел на юного разбойника.
- Чего ждешь, входи.
Уорн криво усмехнулся, схватил мальца под руку и повел за собой. Он разрезал шатёр с обратной стороны и только тогда вошел внутрь. На удивление, здесь никого не было. Пока Уорн осматривался, юноша пытался соединить полотно воедино, жалобно поглядывая на рваную дыру.
- Это мой шатёр, затем ты так?
- Он тебе все равно больше не понадобиться, - не менее раздраженно бросил Уорн. Он хотел спасти Оникс, выпить. И не понимал, что из этого он хотел сильней. – Говори, зачем тебе помогать нам? Остальные не особо стремятся сбежать отсюда.
Драконоборец поднял лезвие тяжелого для его руки меча на юношу, но держал оружие крепкой рукой.
- Я попал сюда не по своей воле. Мне дали выбор, присоединиться, или быть проданным какому-то старому извращенцу. Не велик выбор, да? Лучше стать убийцей, чем игрушкой для постыдных дел богатея.
Уорн покачал головой. Согласился с мотивами юноши.
- Я хочу быть свободным. Я не рождался рабом, я родился свободным человеком и хочу свободы, которая мне по праву положена.
- Ладно, ладно. Я понял. Пойдёшь с нами, но если это ловушка…
- Какая ловушка, ты шутишь? Еще никому не удавалось завалить Фригуса!
Уорн вновь криво усмехнулся.
- Это был конь.
Драконоборец не стал посвящать юного разбойника в подробности своего плана. Он лишь дал тому необходимые инструкции. Разбойник должен был ожидать Уорна вместе с Оникс с южной стороны лагеря. Сам драконоборец отправился в конюшню, как и собирался. Все, кого он привязал все еще были на местах, никто не смог справится с узлами мужчины. У многих затекли ноги и руки. Теперь они просили, чтобы их отпустили. Но вместо них Уорн выпустил всех лошадей.
На громкий звук копыт из палаток выбежали все разбойники, гостей оставили внутри. Главарь вышел первым.
- Ловите коней! – крикнул он и все его люди, как мухи разбежались вдогонку за животными. В это время со стены Уорн снял одиноко горящий факел. Драконоборец медленно вышел с конюшни. Пламя над его головой слегка всколыхнулось в поцелуе с ветром, от этого загорелось еще сильней, а синие глаза мужчины пылали уверенностью и гневом. – Ты! Ты должен быть мертв! Где Фригус?
- Отдыхает, - спокойно ответил Уорн, его пронизывающий взгляд коснулся главаря. – Глупый ты человек, вождь. Теперь ты один.
- Чего ты хочешь?
- Ты знаешь.
- Я не собираюсь просто так отдавать такое сокровище.
- А я не собираюсь вот так её терять! – крикнул в ответ драконоборец. Его терпению скоро придет конец. Ярость закипала в нём, необъяснимая и страшная. Именно так он выглядел перед тем, как снести голову дракону. – В сарае с десяток твоих людей. У них были часы, чтобы освободиться, но никто не смог. Не смогут и за считанные минуты. Приведи мне девушку, и я оставлю твоих людей в живых.
Вождь попробовал протестовать. Остальные его люди разбежались в поисках лошадей. Главарь остался один, Фригус без сознания. Сейчас разбойник прикидывал, что ему выгодней – потерять всё, или отдать золотую жемчужину.
- И еще, пока ты думаешь, соберешь мне гнедого, - Уорн указал на коня, который сопутствовал и во многом помогал ему здесь. – Провизию нам в дорогу и выпивки. Много выпивки. А еще мой меч. Или…
Уорн сделал резкое движение будто бросает факел в конюшню. Вождь быстро прикинул, что к чему.
- Ты много знаешь про это место!
Драконоборец переложил факел из одной руки в другую.
- Меня не волнует твой притон и то, откуда ты берешь деньги и чем здесь занимаешься. Дай то, о чем я прошу, и я уеду, а ты будешь дальше вести свои дела, будто нас здесь и не было. Это хорошая сделка.
Вождь кивнул головой. Он пошел за Оникс, но, когда вывел, держал у горла девушки кинжал. Взгляд Уорна ожесточился.
- Бросай факел! - нервно потребовал разбойник.
- Не могу, - просто ответил драконоборец. – Если брошу, сухие листья воспламенятся и твой лагерь сгорит. Отпусти её, тогда я передам факел тебе в руки.
Уорн сделал несколько спокойных и уверенных шагов навстречу разбойнику и гадалке. Вождь убрал нож.
- А всё так хорошо начиналось, красотка Нефел, - прошипел ей на ухо вождь, а потом отпустил к Уорну. – Убирайтесь отсюда!
- С тобой приятно иметь дело. Я жду коня, - ответил Уорн. Вождь вызвал мальчишку конюха. Тот быстро собрал всё необходимое. Лошадь Оникс забрал Ларго. Он ожидал драконоборца и его девушку в договоренном месте. Уорн приобнял Оникс.
Нефел? – удивленно переспросил драконоборец. – Тебе не подходит.

+4

19

Баллада подходила к концу, а Уорн не появлялся. Оникс нервничала и все чаще поглядывала на дверь: надежда таяла быстрее, чем размазанный по толстому ломтю хлеба кусок масла. Столь не поэтичное сравнение напомнило о голоде, а тот, в свою очередь, о сне, которого жрица была лишена дольше требуемого. Ощущения обострились, но она понимала: это ненадолго. Возможно, следовало смириться и позволить мучителю воплотить фантазии в жизнь - со своим богатым опытом Оникс легко могла сыграть обоюдное согласие, без пыток и насилия - вот только мысль о синеглазом воине запрещала сдаваться. Что-то в нем было такое, что переворачивало принципы с ног на головы, понукая свернуть на извилистую дорогу правды, по которой женщина отродясь не ходила и не собиралась. Это беспокоило и в то же время вызывало любопытство. За замкнутостью и грубостью могло крыться что угодно, и Оникс хотела разобраться до того, как они достигнут Трои. У стен древнего города отступать уже некуда, а обнаружить в деревянном коне вооруженных солдат значит попрощаться и с Артазиусом, и, быть может, с головой: обманутые мужчины способны на откровенные безумства. Представив выражение лица Уорна, когда - если! - тот увидит ее в объятьях главаря, жрица скривилась: картинка вышла по меньшей мере неприятной. "Ладно... Придется действовать по моему плану", - подождав, пока бард возьмет паузу, Оникс протянула к нему закованные руки.
- У меня затекли запястья. Ночь предстоит долгая, я все равно никуда не убегу. Сними, - несколько долгих минут он смотрел на брюнетку, затем, решив, что проблемы на сегодня себя исчерпали, все же потянулся за ключом.
- Смотри у меня! - Оникс и не думала нападать, и бандит успокоился. Даже развеселился, глядя, как покорно женщина ожидает отведенной ей участи. - Приручил я тебя, птаха? Вон сразу какая тихая стала, а то с утра чего вытворяла! - потянувшись за кувшином, он пропустил нехорошую усмешку в карих глазах, моментально сменившуюся почтением, стоило взглядам пересечься.
- Ты хороший поэт, а я уважаю искусство. К тому же не люблю боли, - жрица постаралась, чтобы пожатие плеч выглядело естественно - насчет последнего она душой не кривила. Переносить умела, но любить не любила.
- Ты правда считаешь, что ода получилась?
- Безусловно. Я бы добавила больше динамики в первую часть, из-за обильных метафор нить повествования слегка теряется. Но я не эксперт, - Оникс виновато улыбнулась. - В целом очень хорошо, мне понравилось.
Ложь слетала с языка легко: похвала тому, кто при отсутствии таланта мнит себя гением, не требует усилий - знай, поддакивай, кивай да произноси положенные фразы. Можно даже ничего не говорить, ограничась восторженным взглядом, но жрица решила действовать наверняка. Главарь от такого обращения расцвел и всерьез собрался приступить к чтению неизданного (и самого ценного!) материала, когда снаружи вновь раздались крики.
- Дадут они мне провести вечер спокойно или нет?! Всех на галеры отправлю! - рыкнул мужчина, зацепившись за спрятанный под кроватью табурет. Несчастный предмет мебели отлетел в угол, а сам он, добравшись-таки до двери, в ярости распахнул ее и в следующий миг отшатнулся. Оникс успела заметить промчавшихся мимо крыльца лошадей, следом за которыми волочился по земле сдернутый с креплений шатер - в отличие от главаря, бандитам не полагалось деревянное жилье - и брови ее поползли верх. "Это Уорн такой переполох устроил? "
А дальше события завертелись со скоростью веретена в руках прядильщика. После непродолжительного разговора главарь вернулся за жертвой, и на этот раз в его жестах не было и тени ласки, на что недвусмысленно намекало приставленное к шее лезвие.
- Вот скажи, почему мне так не везет с женщинами? Стоит положить на кого-то глаз, как появляется очередной герой, - он выделил последнее слово, - и все летит к Аиду в бездну! Но, может, мне отдать этому психу твою голову или, - мужчина сжал хрупкую ладонь и поднес к губам, запечатлев на фаланге мизинца поцелуй, - палец? - Оникс молчала: ей одинаково нужно было и то, и другое, пусть сам выбирает, пока Уорну не наскучило ждать. - Шагай давай! - так и не разобравшись в желаниях, бандит зло толкнул брюнетку к выходу.
- Если ты со всеми так обращаешься, то я не удивлена количеству отказов. Тебе кто-нибудь говорил, что женщины не вещи?
- Да ну? Скажи еще, что существа разумные и мыслящие. Вы созданы для удовольствия мужчин, крошка, - шепнул он на ухо Оникс, отчего стоящий напротив Уорн напрягся - их разделял десяток шагов, не больше.
- Смотри, как бы мой спутник с тобой не позабавился. Не советую его злить: на нем лежит заклятье. Когда он выходит из себя,  то... - она сделала многозначительную паузу. - Думаешь, почему Фригус не смог его убить? Почему все твои люди лежат без сознания в конюшне? Лучше отдай меня ему - целее будешь.
- А всё так хорошо начиналось, красотка Нефел, - хорошенько обдумав сказанное обоими смутьянами, работорговец в итоге решил не рисковать: ну как правда нарвется на крупные неприятности, покалечив любимца богов. Без таких "гостей" его лагерю спокойнее будет. – Убирайтесь отсюда!
- С тобой приятно иметь дело. Я жду коня, - кивнул брюнет. Невозмутимо взял под уздцы подаренное животное, второй рукой приобнял Оникс за талию и неторопливо прошествовал к воротам. – Нефел? – тихо спросил он, едва они удалились на достаточное от чутких ушей расстояние. – Тебе не подходит.
- Разве ты не знаешь, что по имени можно приворожить человека? Напугать, наслать кошмары, лишить судьбы, - мальчишка шел вперед, не оглядываясь, что было жрице на руку. - Имя не просто набор букв, - поднявшись на цыпочки, прошептала она на ухо Уорну. - Это ключ к сокровищнице бессмертных, откуда особо ловким ворам иногда перепадает драгоценный камешек. Не могла же я позволить, чтобы мое имя знал кто-то кроме тебя, - взмах ресниц и шутливая улыбка, обещающая превратиться в полупрозрачный намек, пожелай того драконоборец. - Не хочу, чтобы эти бандиты искали меня, когда наши пути разойдутся, - добавила Оникс уже серьезно. - Эй, парень, постой. Погони за нами нет, так что можешь просто указать направление, а дальше мы сами.
- Заблудитесь, - конюх недоверчиво прищурился.
- Не боись. Держи, ты заработал, - женщина вручила ему припрятанные при обыске монеты (по традиции, конечно же, фальшивые), и тот, поколебавшись секунду-другую, махнул рукой в сторону непримечательной тропинки.
- Туда. К утру выйдете на дорогу.
- Спасибо, - погладив своего коня по морде, она ступила на немощеную улочку лесного города. - Эти лучше, чем пони, правда? - Оникс хихикнула, вспоминая торчащие из-за седла колени. - Отыщем подходящее место для ночлега, не ехать же через чащу ночью. - К седельной сумке прикрепили, помимо прочего, связку факелов; найдя в боковом кармане огниво и кресало, брюнетка с третьей попытки сумела выбить искру. Передав занявшийся факел Уорну - тот с высоты своего роста мог играючи обличить любые ловушки, подстроенные божествами здешних мест, - она потянула лошадей за собой, поудобнее перехватывая длинный повод.
Идти, к счастью, пришлось недолго: примерно через милю тропинка разветвилась. Левый отросток уходил под гору, а правый сворачивал к ручью. Поблизости нашлось поваленное дерево, его раскидистая крона образовала естественный навес, пригодный для защиты двух усталых странников от ветра и непогоды - если таковая некстати напомнит о себе.
- Идеально, - возвестила Оникс, стреноживая животных и отпуская их щипать влажную от росы траву. Вскоре костер весело похрустывал лапником, а мужчина и женщина расположились около него, по-братски разделив разбойничьи припасы.
- Жаль сумку... - вырвалось у брюнетки: торопясь спасти попутчицу, драконоборец не подумал о поклаже тесалийцев, да и не было возможности ее сохранить - самим бы унести ноги из лагеря. - Прости, я не то имела в виду. Холодно просто без плаща, - она протянула озябшие ладони к огню. - Спасибо, что спас меня от этого чудовища, - бутылка, казалось, приросла к рукам мужчины, что задумчиво потягивал налитую в нее жидкость, гипнотизируя взглядом лепестки прирученного красного цветка. - Уорн, скажи... почему ты вернулся? - помедлив, все-таки осмелилась спросить Оникс. Синие глаза встретились с карими, но женщина не прервала зрительного контакта. Ей нужно было знать. - Ты не обязан идти на жертвы ради меня из-за того, что я оплатила твою комнату. Я всего лишь попутчица и не хочу принуждать тебя ни к чему.
Лгала ли жрица Геры? Пожалуй, самую малость: ровно столько лжи, сколько требуется, чтобы не позволить себе коснуться чужой руки с намерением продлить это прикосновение надолго - как минимум, на целую ночь.

Отредактировано Oniks (2017-01-10 02:17:39)

+3

20

Когда это он успел из обычного пьяницы превратиться в героя? Судя по всему, совсем недавно. Никто не в силе был пробудить в мужчине похоронившему себя на дне бутылки стремление к жизни. Уорну давно стало наплевать на себя и собственный образ жизни. Несмотря на вечное пьянство рука держала меч твердо, но подымать его во имя чего-либо совершенно не хотелось. До сегодняшнего вечера, пока в его жизни не появилась таинственная гадалка с просьбой о помощи. Мужчина ехал верхом на нормальном коне. После прощания с мальчишкой, казалось, что драконоборец излучает собой напряженное раздражение. Так оно и было, потому что сейчас Уорн не понимал себя. Пару часов назад его охватила невиданная ярость, когда он допустил хоть мысль о том, что Оникс может достаться кому-то еще, а тем более тем грязным разбойникам, но с другой стороны – имеет право он решать за девушку? Драконоборец был раздражен тем, что не понимал, почему подобные мысли украдкой просочились в него, от того, что под руками не было бутылки с выпивкой, ведь горло хотелось промочить. Обычно алкоголь позволял расставить все точки, или замолкать мыслям, позволяя растворится в полном беспамятстве, чтобы после пробуждения встретить головную боль, как лучшую подругу.
- Эти лучше, чем пони, правда? – Уорн натянуто улыбнулся в ответ. Вряд ли его такую улыбку можно было назвать красивой. Кривая, ироничная она выдавала его с потрохами. Воин мыслями явно был не здесь и крайне озадачен. Может, стоило обсудить, что там в лесу произошло, или поинтересоваться, как себя чувствует Оникс? Не каждому даётся отважно пережить подобные события. Уорн к слову никогда не был галантен с женщинами. Он допускал мысли, что стоит поинтересоваться, но вместо этого упрямо продолжал путь, следуя за гадалкой. Как ему сейчас не хватало выпивки, горло прожигало от жажды, и мужчина хотел далеко не простой воды, ему нужно было выпить горючего, чтобы прожечь внутренности и вновь почувствовать в голове туман, тогда можно спокойно продолжать путь и чувствовать себя собой.
По мере отсутствия выпивки драконоборец начинал вспоминать, каким он был раньше – силён, статен, горд собой. Он с честью носил звание драконоборца и спешил на выручку простому народу, иногда за вознаграждение, иногда и без. Деньги его не интересовали, только слава и преданность собственному делу. Но горе убило того гордого человека, превратив Уорна в очередного члена гнилого общества, всеми презираемого и забытого.
Мужчина принял факел, освещая перед собой путь. Впереди лежала неизвестность и темнота непроглядного леса, но ничего не предвещало беды. Только мошки слетались на огонь и тут же улетали восвояси в страхе перед пламенем. Оникс следовала за ним. Впереди Уорн наткнулся на торчавший из земли корень.
- Осторожно, здесь корень, - сказал бывший драконоборец. Он переступил через него, отошел чуть в сторону и посветил, чтобы девушка не оступилась. Тогда двинулся дальше. Мужчина громко выругался, еще два шага и впереди путь преграждала сломанная ветка. Уорн достал меч, несколько точных ударов и ветка с треском обрушилась на землю. Он вложил клинок в ножны, нагнулся, и свободной рукой отбросил ветку в сторону. Пить захотелось еще больше.
- Идеально, - сказала Оникс, стреножив лошадей. Уорн осмотрелся и согласно кивнул. Не плохое место, чтобы остановится на ночлег, ибо в кромешном мраке только при свете факела сложно было продвигаться лесными чащами. Пока гадалка разбиралась с животными, Уорн прошелся по округе, наломал дров и разбил костёр. Ему хватило всего раза, чтобы заполучить заветную искру и развести огонь. - Жаль сумку...
Драконоборец едко посмотрел на спутницу, затем встал и взял бутылку пойла, о котором мечтал всю дорогу. Или то были вовсе не мечты, а попытки воздержания? В любом случае, бутылка теперь была у него в руках.
- Прости, я не то имела в виду. Холодно просто без плаща, - Уорн прищурился, глядя в костёр и сделал глоток, но почему-то в этот раз он не ощутил удовольствия от желанной выпивки.  - Уорн, скажи... почему ты вернулся?
Мужчина посмотрел в глубокие и красивые глаза своей спутницы. Что ему ответить? Он мог признаться, что вернулся, потому что она ему понравилась? Или ему претила мысль, что Оникс может оказаться в чужих лапах? Нет, этого он не скажет.
- Я пообещал тебе помочь, - ответил мужчина, сделав второй глоток, скорее, чтобы ничего больше не говорить, чем по необходимости.
- Ты не обязан идти на жертвы ради меня из-за того, что я оплатила твою комнату. Я всего лишь попутчица и не хочу принуждать тебя ни к чему.
- Может, я и пьяница, но бросить человека в беде не в моих правилах.
Уорн поднялся с места и сел рядом с Оникс. – Иди сюда, так тебе будет теплее.
Он обнял озябшую девушку и постарался растереть ей плечо свободной рукой, вторая по-прежнему держала бутылку, как защиту. Он сделал третий глоток, тогда предложил девушке?
- Хочешь? Поможет согреться.
Она была так близко, всем свои телом он ощущал её дрожь. Ночью в лесу холодно и бедняга совсем замерзла. Мужчина постарался сделать так, чтобы ей было теплее, прижимая её к своему телу, потому как сам он холода не чувствовал.
- Прости за сумку. Не подумал.

+2


Вы здесь » Древний мир героев и богов » Сюжетная линия » "Плохая идея - начинать знакомство со лжи"


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC